Сборник \

 — Почему?

— Это он бункер подорвал. И все остальное — тоже.

— А сам?

— Там он остался.

— Отчего ж с нами не ушел?

— У него гангрена началась. До фронта с нами дойти шансов у него не было. День-два — и свалился бы. До своих мы его и так и так не донесли бы.

Бойцы встают и снимают пилотки. Лейтенант нервно кусает губы. Ему явно не по себе.

— Ладно, — надеваю пилотку и поправляю снаряжение. — Пора и нам. Не забывайте: немцы разведку выслали. Где они и сколько их — одному богу ведомо. Так что не расслабляемся и идем осторожно. По сторонам смотрим и совлом не торгуем.

Чуть дрогнувшие кусты выпустили из себя четверых человек в форме бойцов Красной Армии. Шедший последним прихрамывал на правую ногу. Озираясь по сторонам, они пересекли поляну и скрылись в кустах на противоположной стороне. Пару минут было тихо, ничто не нарушало лесного спокойствия. Потом недалеко от опушки леса из травы поднялась голова. Человек огляделся по сторонам и, пригибаясь к земле, быстро двинулся в сторону дороги.

Стук в окно поднял на ноги старшего полицая. Чертыхнувшись и пожелав стучавшему всевозможных неприятностей, он подошел к окошку.

— Кого там черти принесли? Утро же еще!

— Пал Савич! Никодимов это, Игорь.

— Ну и какого хрена тебе надобно?

— Пал Савич! Я в Некрасовку ходил!

— И что?!

— Совсем от нас рядышком в лесу красные ходют!

Сон с полицейского как рукой сняло. Он распахнул окно и высунулся наружу.

— Где они? И как много?

— Рядышком совсем. Полверсты, не более. Четверо их. В балочку спустились, да там, наверное, и останутся.

— С чего бы это вдруг?

— Так раненый у них есть! Идет еле-еле, видать, давно уже в пути. Далеко такой не уйдет.

А дальше места людные, им сторожко идти надо. С раненым так не выйдет. Стало быть, нет у них другого выхода, как в балочке день пересидеть.

— Это ты правильно мыслишь. Давай быстро дуй по избам, буди моих хлопцев. И всем им сюда. Вчерась еще от немцев человек был, как раз насчет таких вот ходоков предупреждал.

— Так вы не забудьте меня, Пал Савич, как властям докладать-то будете! За это ж небось и награда какая положена.

— Не волнуйся, за мной не заржавеет. Сам знаешь, слово мое крепкое. Ты тоже никуда опосля не убегай. Проведешь нас прям к месту.

— Так что ж там идти-то? Два шага — и на месте.

— Вот вместе со мной и пошагаешь!

Лейтенант Лузгин убрал в планшет карту. От места боя удалось оторваться километров на двадцать. И если бы не ранение, то смогли бы уйти и дальше.

Хреновое дело — ощущать себя тормозом. Вполне можно было бы и еще с десяток километров пройти. Если бы не нога…

Он осмотрел лежащих бойцов. Ребята крепкие, надежные. Но отдых нужен и им тоже. Ладно, денек здесь можно пересидеть. А как стемнеет, пойдем дальше.