Сборник \

Ежели меня там сцапают, ждите, когда вывозить будут. Тогда их на дороге и возьмете. Только уж во мне лишних дыр не понаделайте, душевно прошу.

— Может быть, в помощь себе возьмете кого-нибудь? Спокойнее так-то!

— Мне, в случае драки, проще будет, если буду знать, что вокруг одни враги. Своего ненароком не пришибу.

Оставляю ему свою снайперку, с нею ползать не так удобно. ""Маузер"" в подплечную кобуру, ""Браунинг"" на поясе. Запасные обоймы, граната… вроде бы все. Вещмешок не беру, мешать будет.

Вот и первый заборчик, проскальзываю мимо него. Здесь уже слышно, что деревня живет обычной жизнью.

Где-то хлопает дверь, скрипят доски. А чего тогда никто по улице не ходит?

Огибаю чей-то сарай, вон уже и дровосека видно.

Улочка… надо бы ее как-то пересечь… только тихо, чтоб не заметил никто.

Минут пять лежу под плетнем, оглядывая улицу. Тихо все…

Прыжок, кувырок через плетень… вот он, дровосек. Совсем уже рукой подать.

— Дядя!

Ноль эмоций, топор все так же равномерно постукивает. Не слышит?

Ничего, мы не гордые, можем и поближе подойти.

— Дядя!

Услышал!

Спина напряглась и дрогнул топор в руке.

— Кто тут?

— Свои.

— Свои вши за пазухой! Ты кто таков будешь?

— Солдат я. К фронту иду.

Дядька поворачивается:

— Что-то не похож ты на нашенского… Одежка какая-то чужая, да ружья нет.

— Комбинезон это! Танкисты подарили! А сам я артиллерист. Пушку же на руках не понесешь!

— От меня чего тебе надобно?

— Перекусить бы…

Мужик хмыкает:

— Ин, ладно, пошли… перекусим…

Он втыкает топор в колоду и поворачивается к двери. Иду за ним. Мужик приоткрывает невысокую входную дверь. Нагибает голову и шагает вперед.

Повторяю его жест. В сенях темновато, только от входной двери падает лучик света, да и из двери в горницу просачивается немного освещения. Эта дверь совсем рядом. Мужик, проворчав что-то под нос, толкает ее и входит внутрь.

Делаю следующий шаг…

Напротив двери, на лавке, сидит здоровенный мужик с ""Наганом"" в руке. На рукаве пиджака белая повязка — ""полицай"".

Мне в спину упирается еще парочка стволов.

— Не дури! — говорит мне кто-то сзади. — Враз продырявим!

Развожу руки в стороны.

— Дак я-то что? И не дрыгаюсь вовсе.

Чьи-то руки вытаскивают из кобуры ""Браунинг"", из кармана достают гранату.

Плечевая кобура остается в неприкосновенности, тут еще с этими фокусами народ незнаком. Меня грубо толкают в спину.

— Садись!

Не заставляю себя упрашивать и присаживаюсь на кончик лавки.

Приехали… засада здесь. Интересно, дядька в игре? Или его втемную используют?"

"Сел в углу, голову наклонил, руки прячет. Так, похоже, что он не у дел…

— Ну? — спрашивает меня мужик с ""Наганом"".

— Не понял? — совершенно искренне удивляюсь я.