Сборник \

 — Дед жестом остановил инициативу снизу и продолжил почти без паузы: — А теперь поглядите внимательно перед собой. На эту опушку и полянку, что лежат перед вами! Что-то необычное видите или все хорошо?

— Вон там банка в траве валяется!

— А там трава примята!

— И слева трава какая-то пожухлая!

— А вон, я вижу, колышек из травы торчит!

— Колышек, говорите, — неожиданно оживился инструктор, до того только молча кивавший в ответ на каждый возглас. — А чем нам с вами этот колышек помешать может? Скажем, вот такой!

Неожиданно в его руке, словно сам по себе, возник небольшой колышек.

Все внимательно посмотрели на этот заостренный с одной стороны кусочек дерева, сантиметров двадцати — двадцати пяти в длину.

— Споткнуться об него можно, — насмешливо произнес круглолицый курсант Кашин, отличавшийся своим ироничным отношением ко всему окружающему.

— Можно, только вот одного колышка для этого маловато будет, — неожиданно миролюбиво отозвался дед. — А как еще?

— Ну, наверное, можно заострить его с двух сторон. Напорешься — ногу повредишь.

— Может, и повредишь, но если на ноге сапог или ботинок — толку от этого мало.

Хотя подобные ловушки применяются и сегодня. Они от папуасов пошли, но если на ноге ботинки, то надо сделать так, чтобы противник ткнулся в них не ногой, а рукой, а лучше так прямо и лицом своим, так? А что для этого надо? Чтобы он с размаха полетел, так? Как этого добиться?

— Наверное, можно воткнуть два колышка и связать их веревочкой, — неуверенно протянул кто-то на левом фланге.

— Верно! Но лучше всего сделать из проволочки петельку, а уж ее как следует привязать к колышку который загнать в землю под самый корень!

Пока Михаил Владимирович рассказывал об этой ловушке, его руки жили, будто сами по себе, и Котенок с удивлением наблюдала, как в его руках, словно по мановению волшебной палочки, образовалась самозатягивающаяся петелька из тонкой черной проволоки, свободный конец которой тут же крепко накрутился на колышек.

И почти одновременно с последними словами мастера все сооружение было вогнано каблуком в землю как раз ""по самый корень"".

— Вот видите, — переведя дух, продолжал дед, расправляя петельку над травой.

 — Теперь если кто-то пойдет отсюда туда и угодит ногой в петлю, то… Что с ним случится?

— Может брякнуться со всего размаху.

— А куда?

— Точнехонько вот тут и растянется!

— Хорошо! Значит, если мы вот тут, тут и тут — на уровне его груди и головы натыкаем обоюдоострых колышков, то мало ему не покажется, верно?

— Так точно! — оживился личный состав. Воистину, перспектива сделать очередную бяку противнику воодушевляла всех лучше, чем вечерний компот в столовой.