Сборник \

— Почему был? И сейчас есть, встретитесь ещё… Хорошо, об этом вы с ним поговорите, подскажете кое-что… Где Проводник сейчас?

— Погиб. На него была открыта охота по всей Европе — англичане только что землю не рыли!

— Точно?

— Я читал официальные сообщения.

— А неофициальные? Такие люди просто так не уходят, товарищ майор!

Филимонов замолчал, что-то обдумывая.

— Вы с ним встречались незадолго до его гибели, — утвердительно сказал Берия. — Не может быть, чтобы такой дальновидный человек не рассчитывал своих действий на пять шагов вперёд! Уже тогда он что-то знал, я уверен! Не тороплю вас, подумайте, вспомните малейшие детали вашего разговора.

— Я… я постараюсь, товарищ народный комиссар!

— Учтите, товарищ Филимонов. — Берия встал, давая понять, что разговор закончен. — Этот человек нужен мне здесь! Очень нужен! Не его деньги, которые у Проводника наверняка остались. Не его связи — их можно восстановить или найти новые. Не его разведсеть — свою создадим рано или поздно. Мне нужна его голова! Умная голова — такие в наше время редкость. Его образ мыслей, если хотите! Мы тут тоже не сидели сложа руки, выяснили кое-что… Нам нужны такие специалисты.

Много! И он будет одним из тех, кто нам поможет это сделать!

— Олег Иванович! — Вошедший в комнату человек распахнул объятия. — Наконец-то! Я уже тут вас заждался! Сообщение ещё когда пришло — а вас всё нет…

— Здорово, Олежка! — Филимонов похлопал Кострикова по спине и опустился на стул. — Слаб я ещё был… неделю в себя приходил…

— А сейчас?

— Нормально… жить можно. Да и не время нынче для отдыха, сам знаешь…

— Знаю.

 — Гость присел рядом. — У нас тут тоже… словом, не до отдыха.

Оба чекиста помолчали.

— Как… там? — указав на восток, спросил младший.

— Хреново… в последнее время хоть что-то меняться стало, а так… Да и сам всё видишь.

Костриков сжал губы:

— Да уж… меня-то вообще чудом пронесло. Пришлось в Китай отъехать, наследство нашего общего знакомого оприходовать. Пока туда, пока сюда, да и там времени много ушло… Словом, когда вернулся, выяснилось, что и на меня такая же бумага имелась. Да только при нынешнем наркоме её похерили, мол, ошибка вышла.

Так что спас Проводник меня, сам того не ведая.

— Не факт, — покачал головою майор. — Зная его привычку планировать всё на несколько шагов вперёд, ничему уже не удивлюсь.

— Ну вы и скажете тоже! Послушать, так он и мой возможный арест просчитал?"

"— Не знаю как твой, а вот со мною — как в воду глядел! При последней нашей встрече так прямо и сказал: для меня, говорит, тюремная решётка — не могильная плита, да и из-под неё я подальше других видеть могу.