Сборник \

По показаниям настоятеля прихода Лозовского П. А., таковая имелась, но он ничего не может пояснить о том, когда и при каких обстоятельствах она исчезла…""

— Ну и что? Это давно известно…

Оба инструктора переглянулись, сдерживая улыбки.

— Именно так, — кивнул Гальченко. — И настолько очевидно, что никто даже не удосужился спросить себя — а зачем убегающему за кордон офицеру тайком уничтожать именно эту страницу? Чем она ему мешала?

— Ну… — озадаченно нахмурился старший майор. — Да… черт его знает!

— А никто не поинтересовался — один ли ребенок родился в семье? Были ли у Молина братья и сестры?

— Э-э-э… думаю, что нет, не интересовались.

Я выясню…

— Не нужно! — отмахнулся рукою сапер. — Это известно. Была у него сестра — Анечкой звали. Красивая такая девушка — я фотокарточку видел. Вот ее-то он и прятал.

— Но зачем? Что ей могло угрожать?

— ""Часовщик"" был очень к ней привязан. Берег и защищал. У нее случилось несчастье — ногу повредила и ходить долгое время не могла. Так и осталась хромоножкой навсегда. Так он ее выгуливал, в театры вывозил, в синематограф, когда очередную новую фильму крутили.

Нет, Михаил Николаевич, Анечку Степаныч не бросил бы!

— Ну… хорошо… Согласен! Мало ли у нас в стране симпатичных хромоножек? Думаю, что как минимум несколько тысяч — можно отыскать довольно быстро! В одной только Москве. И что прикажете с ними делать? Расспрашивать каждую о пропавшем брате-жандарме? Смеетесь?

— Нет! — поднял руки перед своим лицом Гальченко. — Незачем… Мы и так уже знаем — где его искать!

— Тоже в документах нашли?

— Угу! — энергично закивали головами оба инструктора. — В них…

— Да их же уже просматривало огромное количество людей!

— Совершено верно — просматривали, — согласился майор.

 — Но надо-то было — читать!

Сбитый с толку начальник школы озадаченно на него воззрился.

— Вот их, — отчеркнул ногтем еще один абзац в тексте Гальченко, — искал хоть кто-нибудь?

Проследивший за его пальцем Чернов остановил глаза на бледной строке документа…

""…А сиротам тем, что опосля пожара у Лямкиных остались, вовсе плохо стало. Бо погибло в огне хозяйство ихнее. Идти бы им по миру, но сельчанин наш — Молин Петька-то, помог. Денег дал…""

— Они все росли в одном селе.

И сестра Часовщика, когда приезжала летом в деревню, всегда принимала в их воспитании самое горячее участие! Да они и жили в доме Молиных! — поднял палец к потолку Сиротин. — Их-то — сгорел дотла! Он сам мне об этом и рассказывал тогда, смущался. Казалось ему, что неправильно как-то они оба поступают… Больше можно было бы сделать, да… А у Степаныча в селе был авторитет… как же — офицер! Так что, товарищ Чернов, надо искать эту семейку! Где-то там рядом и Часовщик…

Нарком внутренних дел поднял глаза от документа.