Сборник \

 — Мы что, кого-то ждем сейчас?

— Нет… — мотнул головою старший лейтенант. — Местные… только вечером рапорта принесут, а сержант Горшков — тот в булочную отбежал, я отпустил… хлеб у нас закончился, кстати говоря!

— Как это? — удивленно поднял бровь Благов. — Утром еще был!

Энкавэдэшник смущенно кашлянул."

"— А… простите, не подскажете мне, чья это привычка — от буханки корочки отъедать? В то время как вы над бумагами этими сидите?

— Гх-м-м! Ну… а это… так, по привычке… надо же, чтобы и руки при делах находились. А то дай им волю…

Коротаев усмехнулся:

— Да ладно вам смущаться-то… Пойду встречу нашего гостя.

Гостем оказался заместитель начальника управления. По его внешнему виду было понятно, что он чем-то изрядно озадачен. Едва сев за стол, он с ходу спросил:

— Товарищи, я, конечно, понимаю, что у вас свое задание, но…

— Да в чем дело-то, Александр Павлович? — удивленно поднял бровь доцент. — Мы вам чем-то помешали?

— Нет. Тут другое. Помните, в первый день один из ваших подопечных предъявил в ЗАГСе удостоверение?

— Было дело.

— Так вот! Гальченко Александр Иванович находится во всесоюзном розыске! Как особо опасный преступник! Сегодня только удалось найти эту ориентировку.

— Постойте-постойте… Но ведь мне сам нарком приказал наблюдать именно за ними! — в свою очередь, удивился Коротаев. — Что вы уже успели сделать?

— Ничего. Наблюдение удвоили, подготовили сотрудников для задержания. Пока все.

— В Москву доложили?

— Да, перед самым выездом к вам послали спецсообщение. Ответа пока нет.

Москва.

НКВД СССР.

Кабинет наркома.

— И как такое могло выйти? — Берия поднял глаза от документа. — Вы проверили?

— Да, Лаврентий Павлович. Действительно, Гальченко Александр Иванович проходит по ориентировкам. За убийства и разбойные нападения. Ранее судим.

— Хм, так это, стало быть, меня самого в этом винить надо? Это же я ему такое имя придумал… А отдел кадров куда смотрел, когда документы ему выписывал?

— Так он по милицейской ориентировке проходит, еще три года назад объявили в розыск. Вот глаза-то и замылились… — развел руками Меркулов.

— Ну это-то ладно! Поправим. Фамилию оставим, а имя-отчество заменим, дело привычное. Там, в Ярославле, ничего еще по этому поводу натворить не успели?

— Ждут приказа.

— А у Благова что?

— Не понимает он пока ничего. Нет в действиях инструкторов никакой системы.

— И Коротаев тоже? Неглупый ведь оперативник, я к нему давно присматриваюсь.

— Ему тоже ничего не понятно.

— Так-так-так… — повертел в руках карандаш нарком.