Сборник \

Впрочем, новые люди достаточно быстро примелькались и стали вполне обыденным явлением. И как следствие — выпали из области интересов своих соседей. Что толку обсуждать непонятные поступки неразговорчивых обитателей особняка? Да и помимо этого, у жителей окрестных домов хватало и своих забот — не менее важных и первоочередных.

Вот и сегодня они только проводили взглядами блестящий лаком ""опель-адмирал"" и увидев, что он заезжает в ворота особняка, моментально утратили к нему всякий интерес.

Въехав в ворота, автомобиль описал полукруг, объезжая клумбу, на которой по случаю зимы расстилался белоснежный покров, и остановился прямо у ступеней лестницы.

Предупрежденный звонком, у распахнутой двери уже ожидал новый хозяин дома — ему успели доложить о визите важного гостя. Привратник хорошо знал, чья эта машина…

— Эрвин, друг мой, вы — прямо как с неба свалились! Не ожидал вас сегодня… — встречавший был благообразным пожилым мужчиной. Называя его профессором, соседи и не подозревали, насколько близко к истине оказывались их суждения. Иоахим фон Хойдлер действительно иногда читал лекции в ряде высших учебных заведений, где каждый студент считал своим долгом на них попасть.

Обладавший колоссальной эрудицией и громадным научным багажом, профессор умел в нескольких предложениях раскрывать суть самых заковыристых проблем. Немало серьезных научных учреждений сочло бы за честь пригласить его к себе. Фон Хойдлеру не раз предлагали кафедру в Оксфорде, Йеле — да и в любом другом университете его встретили бы с распростертыми объятиями. Но профессор выбрал Германию. И этот его патриотический шаг не остался незамеченным…

И сегодняшний визит высокого гостя являлся очередным подтверждением этому.

Ибо навестил особняк не кто иной, как начальник ""Абвера 2"", полковник Эрвин Эдлер фон Лахузен-Вивремонт — персона более чем значимая…

— Что поделать, Иоахим, — дела! Увы, но эта война отнимает у нас столько времени и сил… — полковник не лукавил, с профессором его связывала давняя дружба, и он не имел никаких оснований для того, чтобы придумывать какие-то иные объяснения.

— Кофе?

— Да хорошо бы и рюмочку коньяку…

— И вы еще спрашиваете?! — искренне удивился хозяин дома, хорошо знавший вкусы своего гостя.

 — Лоренц, прошу вас…

Худощавый ассистент, тенью следовавший за профессором, кивнул и бесшумно исчез.

Оставив в прихожей шинель, фон Лахузен проследовал в каминный зал, где для него уже успели пододвинуть поближе к огню тяжелое удобное кресло.

Усевшись в него, полковник протянул к пламени руки.

— Хорошо! В вашем присутствии, мой друг, как-то забываешь обо всем, что творится за стенами этого уютного дома.

— Так приезжайте чаще, Эрвин! — искренне ответил профессор.