Сборник \

— Ярошенко! Занять позиции! — немолодой уже лейтенант, пригибаясь, подобрался к колодцу — за ним, выставив в сторону магазина автоматный ствол, притаился водитель.

— Что там?!

— Диверсанты немецкие! Командира моего взять хотят! Он там стрельбу поднял, тогда вон тот, что на крыльце валяется, по мне пальнуть хотел… да не успел! Кто-то и сейчас оттуда стреляет… Да вон он!

В окне мелькнула вспышка — над срубом просвистели пули.

— Второй выход есть?

— Не знаю, товарищ лейтенант… есть, наверное. Но я же не разорвусь!

— Не переживай — это уже не твоя забота! Горбунов! Пять бойцов бери — обойти дом, там еще выход может быть!

Обежавшие магазин бойцы сразу же увидели распахнутую дверь.

Седоусый ефрейтор поднял руку в предостерегающем жесте.

— Тс-с! Кто-то убег, но ведь и там палят еще… А ну-ка — слева-справа запрятались! Сейчас эти деятели сбечь постараются…

Пошарив около стены дома, он, хмыкнув в усы, приподнял толстую жердь.

— Самое то!

Нестройный залп винтовок вынес последние остатки стекол в магазине и превратил в решето входную дверь. Резонно рассудив, что в подобной обстановке много не навоюешь, оставшийся диверсант, сменив диск в автомате, метнулся к выходу — пора было подумать и о себе.

Вот и распахнутая дверь…

Прижавшись к косяку, он попробовал осторожно выглянуть на улицу.

Вроде бы пока тихо…

Но это — совсем ненадолго, скоро солдаты обойдут дом, и тогда тут станет жарко! Следовало спешить!

Шаг… другой…

Высунувшаяся откуда-то сбоку жердь заставила споткнуться — он выставил вперед руки, пытаясь предотвратить падение.

Бух!"

"Тяжелый винтовочный приклад со всего маху звезданул между лопаток.

Оружие выпало из рук, и свет в глазах диверсанта померк…

— Ханс! Стрельба усилилась — к русским подошла помощь! Прикрой нас, Клаус, похоже, не выберется!

Теперь диверсантов осталось всего трое, включая агента, боевая ценность которого была весьма сомнительной. Но и до машины осталось всего метров двести. Можно было еще успеть.

Успеть!

Так всегда, когда очень спешишь, время отчего-то растягивается, ноги становятся какими-то ватными и каждый шаг дается с небывалым усилием. А ты уже мысленно там, впереди, и только проклятые ноги никак не хотят идти быстрее…

Но вот он — шершавый борт грузовика!

— Майора — в кузов! Вилли — за руль!

Гулко ударил за спиной автомат, рассыпались горохом винтовочные выстрелы — русские шли по пятам.

— Вперед!

Взревев мотором, грузовик рванулся в темноту…"

"Выдержка из рапорта гауптмана Норберта.

…В сложившейся ситуации, получив сведения о предполагаемом перебазировании интересующих нас лиц, я должен был принимать решение на месте.