Сборник \

И что лучше? В смысле — для меня лучше, не для фрица же? Черт, пальцы эти…

— В какой-то мере.

— Я так и предполагал… и как часто вы…

— Нечасто.

— Это заметно.

Интересно, черт возьми, по чему именно это заметно? Чем я таким особенным вдруг выделяться стал? Рога и хвост не выросли. По-китайски не заговорил. Летать не умею.

Молча пожимаю плечами — мол, тебе виднее.

Как ни странно, очкастого такой ответ вполне устраивает, и он благодушно мне кивает.

— Вас ведь кто-то направлял все это время?

Ясен пень, я что — по своей воле сюда сиганул? Так сказать, желанием горел с тобою пообщаться?

Нет, впрочем, некоторое специфическое общение — оно так очень даже кстати бы тут пришлось… Вот только удовольствия ты, мил-друг, с того не получил бы никакого.

— Да, у меня был научный руководитель.

Вот только понимать бы — чем это он там, а главное — как руководил? Валяясь в полной отключке, как-то очень затруднительно воспринимать действия окружающих…

— Кто вас направлял?

Вот это здрасьте? Как это?

По-видимому, мое удивление было настолько искренним, что отразилось на лице. И немец моментально это просек.

— Кто вас вел по пути?

По пути? Какому еще пути? Чего он тут несет?

Стоп…

Это же немец.

А у них всякой такой мистики — выше крыши хватало…

Пальцы эти… мельтешат, мешают сосредоточиться.

Пальцы?!

В памяти моей молнией промелькнула некая беседка…

— Готовы? — Травников испытующе на меня посмотрел.

— Да. Готов.

— Давайте!

Моя рука рванулась к трубке и сграбастала… пустоту. Трубки на столе не было. Подняв глаза на академика… я его тоже не увидел… кресло, где он только что сидел, было пустым.

Фокус с трубкой!

Только здесь ее роль выполняют руки моего собеседника.

Не совсем, понятное дело, штука аналогичная, но вот свою задачу она исполняет — и неплохо. То-то я таким квелым стал!

Вот, значит, какие тут пляски…

Не знаю, из какого ведомства этот дядя, но приемчики у него… специфические весьма. Мозги мне компостирует данный товарищ. Так что, судя по ухваткам, опыт у очкастого немалый. Ну что ж, надо отдать должное моим учителям (много же их было…), кое-что в мою вредную голову они в свое время вложили. И некоторые вещи я запомнил — и запомнил хорошо!

А красивая у мужика строчка на воротнике… прямо-таки загляденье! Как, интересно знать, ее вышивали — машинкой? Или портной вручную постарался? Нет, стежки ровные, шаг одинаковый, чтобы так вручную вышить — хорошим мастером быть надо! А посадят ли такого мастера больничные халаты шить? Вот уж фиг…

— Подполковник! Вы меня слышите?!

А голосок-то не плывет более!

— И очень хорошо слышу.

Кстати, раз уж такой у нас разговор пошел… как я должен к вам обращаться?

Не ""как я могу вас называть?"", а именно — ""как должен"".