Сборник \

Танковая башня дрогнула, и ствол орудия начал поворачиваться в сторону баррикады.

Бух!

Бронебойный снаряд, выпущенный менее чем с двухсот метров, пробил бортовую броню танка, как будто это был картонный лист. Танк дрогнул и окутался дымом. Вслед за этим аналогичный ""подарок"" достался и последнему уцелевшему танку. Здесь уже не удалось ограничиться одним снарядом. Первый срикошетировал от башни и свечкой улетел в хмурящиеся небеса. Несмотря на это, экипажу явно поплохело, потому что следующие секунд двадцать танк стоял совершенно неподвижно и никак не реагировал на окружающую действительность.

Только спустя это время он зарычал двигателем и дернулся вперед. В результате чего следующий снаряд попал не в основание башни, куда, видимо, метился Нечипорук, а аккурат в моторный отсек. Большого облегчения экипажу это, однако, не принесло: танк вспыхнул, как рождественская елка. Танкисты повыпрыгивали из люка и залегли в ближайших канавах. Артиллеристы еще разок долбанули по первой машине. Потом еще разок. После третьего выстрела танк наконец загорелся. Следующие три снаряда перемешали с землей расчет немецкого пулемета.

Я снова направил бинокль в сторону переправы. Других танков там пока видно не было, но я не обольщался. Где прошли четыре машины, скоро будет и десять. А на нашей артиллерийской засаде можно было ставить жирный крест. Не пройдет и десятка минут, как немецкая артиллерия вспашет там все на глубину метра. Оставалось только надеяться на то, что Нечипорук успеет увести людей и, может быть, утащит пушку, прежде чем немецкие ""чемоданы"" начнут долбать по его позиции.

Мои неприятные подозрения оправдались в полной мере.

Недалеко от пушки упало несколько мин. Ну все, теперь жди ""чемоданов"".

Однако снаряды почему-то не накрыли опустевший окоп. Вместо этого с правой стороны от КП вдруг затрещали выстрелы.

— Командир! Немцы справа! — ворвался в пролом один из бойцов Ковальчука.

— Сколько?

— До взвода, не меньше!"

"Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Пока нам немцы в центре обороны устраивали показательную атаку, какая-то их часть без шума и пыли, обходя или снимая мины на своем пути, обошла наши позиции с правого фланга. Задним умом я теперь понимал свою ошибку: немцы прошли через мой старый КП.

Бегая вчера туда-сюда, мы натоптали там хорошо заметные тропки, по которым немцы и обошли наши мины. Что мне стоило, уходя, сунуть на эту тропку хотя бы одну мину? Прихлопнула бы она кого-нибудь или нет, но по тропинкам немцы бы дальше уже не двинулись. Вот теперь я и расхлебывал плоды собственной недальновидности. Считая нас с майором и телефонистов, на КП находилось всего шесть человек. Не очень много, чтобы остановить целый взвод.

— Ковальчук! — крикнул я.