Сборник \

В живот ранение, я слышал, что…

— Можно, капитан, мне все теперь можно. Дошел…

Сняв с пояса флягу с холодным чаем, Тавров отвинтил колпачок и наклонил ее горлышко над пересохшими губами капитана."

"— Спасибо. Слушай дальше. У человека этого интересные вещи были. Документы… вот в них вся загвоздка. Там есть сопроводиловка. И подписал ее не кто-нибудь, а сам Меркулов! Если кратко, то мы должны хоть всю дивизию положить, а документы эти доставить прямо на стол Верховному…

— Что в них?

— Не знаю.

— Как это?

— Там металлический ящик. Хитрый какой-то… не смогли мы его открыть… да и печати на нем…

— Большой?

— Нет… как… как папка для бумаг… тяжелый… Мы стали думать, как приказ этот выполнить, сам понимаешь… сил у нас для этого мало.

Вот и послали четыре группы, чтобы помощь нам для этого пришла… Пришел кто?

— Нет. Из вашей дивизии никого не было. Вы первый.

— Последний я… те группы раньше ушли… знать, не добрались они сюда…

— Все у вас?

— Да… Особый отдел и штаб сейчас ждут. Там, в планшетке карта… мой путь, как мы шли.

— Много вас было?

— Пятнадцать человек. До фронта пятеро дошло. Еще кого со мною вынесли?

— Не знаю.

Лейтенант не говорил ничего.

— Значит, не вышли они…

— Где нас будут ждать?

Порыв ветра стукнул входной дверью, и Майборода вздрогнул.

— Кто там?

— Ветер это.

— Наклонись ко мне… на ухо скажу…

Тавров наклонился к лежащему, и тот прошептал ему на ухо несколько слов.

— Понял?

— Да… Странно, не ожидал я…

— Мы тоже… Видать, не просто так этот человек именно сюда попал…

— Теперь все? Может, уже в госпиталь пора?

— Куды хошь… сейчас уже можно…

Оперуполномоченный Особого отдела … стрелковой дивизии капитан Майборода Илья Федорович до медсанбата не доехал.

Перевозившая его подвода была атакована немецкой авиацией. Военврач успел убежать в лес. А лежащий неподвижно капитан был поражен тремя пулями и скончался на месте. Рядом с ним остался лежать и возница. Он пробыл на фронте всего четыре дня…

— Вот тут… — Лейтенант Нефедов топнул ногой по дороге. — Где-то в этих краях машины разгружались. Отсюда сотрудники НКВД уносили груз в лес.

Я осмотрелся. От дороги тут отходило небольшое ответвление, которое метров через триста снова сливалось с ней. Никакого разумного объяснения этому не было.

Почва здесь твердая, явно видимых луж и колдобин нет, так что и объезжать тут нечего. А вот если на разгрузку с основной дороги транспорт отгонять — самое то. Отъехали, разгрузились и вон там назад повернули. И друг другу машины мешать не будут. Логично…

— Спасибо, товарищ лейтенант. Будем искать…

— Я вам сюда еще бойцов пришлю. Дня через два. Заодно, может, и еды подбросим. Если добудем…

Лейтенант сел в кабину, и, рыкнув мотором, грузовик развернулся в обратный путь.