Само совершенство. Том 1

Джулия, крепко сжав ладонями голову Зака, заставила его посмотреть ей в лицо.

— Пожалуйста! — умоляющим голосом сказала она, заглядывая в янтарную глубину его глаз. Нежно проведя пальцами по напряженному подбородку, Джулия как бы попыталась смягчить его. И ей это отчасти удалось — расслабившиеся губы ласково коснулись ее ладони. Почувствовав внезапный прилив нежности и облегчения одновременно, она произнесла:

— Нам необходимо сперва кое о чем поговорить.

— Давай ты будешь говорить, — хрипловато прошептал Зак, притягивая ее поближе к себе, целуя уголок губ, шею, нежно водя рукой по атласной коже груди, — а я послушаю, — солгал он, касаясь гладкого, плоского живота и опуская руку все ниже и ниже.

Но Джулия решительно вывернулась и снова заговорила. Причем тема, которую она выбрала для обсуждения в такой момент, показалась Заку просто потрясающей по своей бессмысленности и несвоевременности:

— Сколько тебе было лет, когда ты в первый раз занимался любовью?"

"С трудом сдерживая нетерпение, Зак закрыл глаза, и его ответ прозвучал достаточно резко;

— Двенадцать.

— А ты не хочешь знать, сколько было мне?

— Нет, — твердо ответил Зак и наклонился, чтобы поцеловать ее грудь, раз уж она по каким-то неведомым ему причинам не хотела, чтобы он ласкал ее более интимно. Все его тело переполняло неистовое желание, граничащее с физической болью, и он уже перестал понимать, чего добивается эта женщина, ведь он только хотел доставить ей наслаждение.

— Мне было двадцать шесть, — в последней отчаянной попытке прошептала Джулия, потому что губы Зака уже сомкнулись вокруг ее соска.

В ушах у Зака шумела кровь; он слышал слова, но не осознавал их смысла. Целовать и гладить ее восхитительное тело — вот все, чего ему хотелось. Грудь Джулии была небольшой, но великолепно очерченной и необыкновенно женственной, так же как и сама Джулия; и если она будет по-прежнему так восприимчива к его ласкам, то он легко сможет довести ее до оргазма, даже не входя в нее, а потом уж они займутся любовью по всем правилам. За пять лет вынужденного аскетизма в нем накопилось столько нерастраченных сил, что он сможет любить ее всю ночь напролет, без передышки, если, конечно, она позволит ему это, перестанет судорожно сжимать ноги и прекратит наконец рассказывать о том, сколько ей было лет, когда она… в первый раз… занималась любовью…

Джулия сразу поняла, что до него наконец дошел смысл ее слов, потому что он оторвал губы от ее груди и застыл в такой абсолютной неподвижности, что, казалось, даже перестал дышать.

— Для меня это первый раз, — нетвердым голосом добавила она.

— О Боже! — только и смог наконец выдохнуть Зак и, закрыв глаза, уронил голову ей на грудь.