Счастье на десерт

Обиженная, замёрзшая, растерянная… Руки чесались сгрести в охапку, унести туда, где им никто не помешает, раздеть, зацеловать! Чтобы кричала, срывая голос, его имя, чтобы слёзы только от наслаждения!

Волк резко остановился — дрожит? Она озябла!

— Подожди, постоим минутку. Нам надо успокоиться, — не спрашивая разрешения Стеши, подгрёб её второй рукой, развернул девушку спиной к себе, обнял, согревая в объятиях, и пристроил свой подбородок ей на голову.

— Причёска, — попыталась отстраниться невеста.

— Плевать. Просто постой пару минут, не брыкаясь и не скандаля. Мы не можем войти в зал в настолько взвинченном состоянии.

Люди-то не разберут, тем более они уже перепились. Но волки заметят. Не думаю, что тебе хочется поднять волну сплетен. Стоит самкам заподозрить, что между нами нет согласия, и они примутся судачить о разногласиях в семье альфы."

"— Плевать! — отзеркалила Стефания. — Тебе на мою причёску, желания, мечты и жизнь. Мне — на сплетни и пересуды. Зачем я тебе, Борис?! Отпусти… Не будет у нас семьи.

— Будет! — рыкнул мужчина. — И ты ошибаешься, мне не плевать на твою жизнь и мечты. В противном случае я давно сделал бы тебя своей, как заведено.

Учуял истинную — в охапку её, и в логово. А там метка довершит привязку, если самка сразу не ответила.

И через пару ударов сердца с тоской добавил:

— Скажи, почему ты меня не чувствуешь? Твоя волчица реагирует, она ответила на призыв Соло. И пусть ещё не окончательно его приняла, но давно не считает моего волка чужим и враждебным. Ты не в ладу с собственным зверем?

— Уже говорила и не раз, сколько нужно произнести это, чтобы ты наконец понял? — почти простонала Стеша. — Ты опоздал, я уже выбрала мужчину.

— Но твоя волчица так не считает!

— С ней я разберусь. А ты… ты сам во всём виноват! Я ведь сразу сказала, что не собираюсь становиться твоей парой. И за прошедшее время не изменила своего мнения! Ты обещал отпустить…

— Мы повторяемся. Был договор, ты его нарушила. Обманула. Предала доверие. Нижнедольский отдал мне все права, я мог взять тебя сразу, как только почувствовал, что ты — моя истинная, но решил дать возможность привыкнуть и добровольно принять свою судьбу. Ухаживал, ночевал под окнами…

Стеша затаила дыхание.

Он — что делал?!

— Да, каждую ночь Соло спал под стенами гостевого дома. Не знала? Впрочем, откуда? Тебе до меня не было никакого дела, как и до Скульского. Прихоть избалованного ребёнка — хочу эту игрушку! А игрушка живая, ей больно! Артёму тоже плохо, несмотря на то, что ты не истинная его, а только потенциальная! Я сделал всё правильно — разделил вас, чтобы разрыв прошёл скорее и наиболее для волка безболезненно. Но нет, ты не устояла, и как только Скульский тебя поманил, тут же ответила, продлевая его мучения.