Северная корона. По звездам

Зато с мамой Саши у Ники были неплохие отношения, да и Джимми ее любил. Как-то, когда Ника была в гостях у семьи Саши (при этом ей казалось, что сам он давно не был в родной квартире и пришел только для того, чтобы показать свою официальную девушку, намекнув при этом, что, возможно, они поженятся), Джимми без спроса залез в ее мобильник и увидел там фото Марты. Скрипачка так сильно понравилась ему, что он вознамерился познакомиться с ней и терроризировал Нику. А та, зная, что Марта с Васей знакомиться не будет – еще чего, у нее только ведь музыка на уме! – всячески отмазывалась.

– Кста-а-ати, – протянула она, вспомнив кузену. – Даш, подожди секунду, я позвоню сестре, пока не забыла.

– Конечно, – согласилась вторая девушка, глядя с интересом на ребят-скейтеров, выделывающих самые разные трюки. Джимми ее заметил и помахал. Даша покачала головой.

А Ника набрала номер Марты и, как только та взяла трубку, весело предложила:

– Привет, это я. Пойдем завтра в кино? Ты мне обещала, помнишь?

– Но завтра же у меня орке… А-а-а, первое мая же завтра, репетиции отменены, – вдруг облегченно рассмеялась Марта в трубку.

 – Ну, давай сходим.

– Ох ты, мой трудоголик, – вздохнула Ника, не понимая, как сестричка может постоянно и так подолгу заниматься своей скрипкой. – Во сколько и где встречаемся? Кстати, я завтра хочу выспаться и тебе того же советую.

Сестры Карловы договорились о встрече и распрощались.

– Твой Джимми меня бесит, – сообщила Даша Нике. – Машет и шлет поцелуи. Пошли отсюда, еще походим?

– Пошли, – согласилась Ника. – Не обращай внимания, он слегка с приветом.

И подруги – светловолосая и черновлосая – вновь двинулись вдоль по набережной, купив мороженое в вафельном рожке.

Им обеим было хорошо и спокойно, и, казалось, этим спокойствием их заряжает безмятежное, очень высокое небо, отражающееся в мирной воде.

– Ник, а знаешь, говорят, где-то на набережной классная гадалка есть, – вдруг вспомнила Даша.

– И что?

– Давай найдем? Пусть она нам погадает?

– Нет уж, спасибо, – решительно отмахнулась Ника. – Чтобы она сказала ерунду какую-нибудь и тем самым запрограммировала мое сознание? Увольте. И вообще, – моментально рассердилась она, вспомнив Кларского, – для этих гадалок все заранее предрешено, и они все твердят: «Судьба, судьба, от нее не убежишь», а я считаю… – Вдруг Ника замолчала, увидев около ограждения на набережной чересчур знакомую фигуру молодого человека со светлыми волосами и в белой рубашке.

Однако как только он повернулся, почувствовал изумленный взгляд Карловой, наваждение ее отпустило. Не Никита. Опять не он. Никогда ей больше не доведется увидеть его.

Фарфоровая кукла закрыла свое прекрасное личико руками.

– Что ты там считаешь? – не поняла заминки Ники Даша.