Шекспир мне друг, но истина дороже

– Здравствуйте, Федор, – сказала она как ни в чем не бывало. – Я правильно запомнила ваше имя?"

"– Абсолютно! – с излишней пылкостью вскричал смущенный ее видом Федя. – Абсолютно правильно, Лариса Николаевна. А это мой начальник Максим Викторович Озеров, он в прошлый раз… отсутствовал.

Вдова пристально посмотрела на Максима, даже голову немного склонила набок.

– Вы подрались? – неожиданно спросила она и спохватилась: – Проходите, проходите, пожалуйста.

Федя почему-то думал, что в квартире на этот раз будет пыльно и неуютно, – хозяева уехали, пропали, никто не смотрит за домом, и он постепенно приходит в запустение.

И ошибся.

В квартире стало еще уютнее. Даже на крышке рояля, которую Лариса бесшумно опустила, когда они вошли в гостиную, не было ни пылинки. Она немного помедлила, повернулась и сложила руки на груди.

– Вы хотите еще поговорить со мной о Виталии?

– Мы топчемся на месте! – объявил Федя. Фраза явно была заготовленной. – Мы не можем найти… причинно-следственных связей.

Озеров неслышно хрюкнул и покачал головой.

– Помогите нам, Лариса Николаевна! Пожалуйста.

Она вздохнула.

– Я бы помогла, но… чем? Чем я могу помочь? И все-таки, что с вами случилось? – обратилась она к Озерову.

– Ну, меня тоже пытались… убить. Но я не давался. Вот результат, – то, что вы видите на моей физиономии.

Она кивнула, принимая объяснения.

– Хотите кофе? Так положено спрашивать, когда приходят гости! Или вы не гости, а… расследователи?

Тут вдруг Озерову пришло в голову, что он, пожалуй, не знает, о чем именно станет ее спрашивать. У Федьки, кажется, была какая-то идея, но, увидев вдову, Озеров совершенно позабыл, какая именно.

– Лариса Николаевна была актрисой, – вступил Федя, как будто рассказывал Максиму о своей давней приятельнице. – Они познакомились с Виталием Васильевичем, как раз когда она играла на сцене. Потом Виталий Васильевич специально для нее ставил спектакли. А потом появилась… Валерия, и все изменилось. Я правильно рассказываю?

Она кивнула.

Озеров прошел к полосатому адвокатскому креслу и сел.

– Получается, – сказал он вдове, – что мотив для убийства есть только у вас. Вы это понимаете?

– Я не думаю об этом, – Лариса Николаевна улыбнулась совершенно искренне. – Я не могла его убить, и я его не убивала. Вы это понимаете? – в тон ему спросила она.

– Честно сказать, не очень.

Она пожала плечами, как бы говоря – ничем не могу помочь.

– Я все же сварю кофе. И у меня есть превосходный порто! Виталий любил хорошие вина. С кофе очень вкусно.

Лариса вышла.

– Ну что? – в нетерпении зашептал Федя. – Что вы думаете?

– Необыкновенная женщина.

– А! Что я говорил?!

– Ты много чего говорил, Федька!.. На леди Макбет она не похожа, тут ты прав.