Шекспир мне друг, но истина дороже
В командировке в Нижний Новгород режиссеру Максиму Озерову и его напарнику Феде Величковскому предстоит записать спектакль для радио! Старинный драматический театр встречает москвичей загадками и тайнами! А прямо во время спектакля происходит убийство!.. Странной смертью умирает главный режиссер Верховенцев, и на ведущую актрису тоже покушались!..Максим Озеров начинает собственное расследование, в котором ему активно помогает молодой напарник Федя. Порой им кажется: они не столько записывают спектакль, сколько сами участвуют в невероятном, фантасмагорическом спектакле, где всё по правилам – есть неуловимый, как тень, злодей, есть красавицы, есть чудовища, есть даже самый настоящий призрак!..Самое удивительное, что Федя Величковский встречает там свою любовь – вовсе не театральную, не придуманную драматургом, а самую настоящую!.. И время от времени и Максиму Озерову, и Феде чудится, будто вся эта поездка была придумана не ими, а кем-то неизвестным и всесильным, кто просто захотел поговорить с ними о любви!..
– Из полиции звонили.
Озеров вдруг отчетливо понял, что на самом деле произошло нечто серьезное. Он вошел в кабинет и закрыл за собой дверь.
– Наш Виталий Васильевич был отравлен, – исподлобья глядя на него, сообщил директор и пожал плечами. – Вот такие дела.
– Подождите, что значит – отравлен?..
– Остановка сердца вызвана действием какого-то блокатора или активатора, я, честно сказать, ничего не понял. Уголовное дело заводят. Вот так-то, Максим Викторович.
Озеров сдернул пуховик, в котором в кабинете было невыносимо жарко.
– Велели запереть двери и в его комнату никого не пускать.
Попали мы в историю, подумал Озеров.
– А с чего все началось? С чепухи, с ерундистики! – Юрий Иванович на своем мизинце показал, с какой «ерундистики» все началось. – У Дорожкиной, видите ли, настроение было плохое!
– При чем тут Дорожкина?
– Да если б не скандал, может, и не было бы ничего!.
Федя Величковский то и дело строил теории о том, что по финальным событиям можно восстановить исходные. Максим вовсе не был уверен, что скандал и есть начало всех событий.
…С чего все могло начаться? Когда? Может, летом, когда меценат из бандитов вручил директору полмиллиона наличными на новую крышу? Или когда Роман Земсков решил уйти из театра – принял он это решение явно не вчера! Или, может, десять лет назад случилось нечто такое, о чем сейчас никто и не вспомнит, но именно это и было началом?
– Вы должны заявить о краже денег, – сказал Озеров.
– Нет, нет, это никак нельзя!
– Юрий Иванович, – Максим подумал и добавил: – Родимый вы мой! А если вашего главного отравили именно из-за денег? Второй ключ от сейфа был только у него. Правильно я понимаю?
– Бог мой, – обессиленно пробормотал директор.
– Вот именно. У вас есть камеры видеонаблюдения? Если есть, распорядитесь, чтобы охранники все записи сохранили в отдельных файлах. Скорее всего, они понадобятся… следствию.
– Камеры у входов есть, ну, в фойе обязательно, в зрительном зале.
Озеров вздохнул – от полноты чувств.
– А эта ваша скандалистка где? Я ее сегодня не видел.
– Дома, дома, отдыхает она! Звонил я, осведомлялся о здоровье, сочувствовал, как мог. Она тоже в некотором роде пострадавшая.














