След в заброшенном доме

От горящего клуба бежали люди. Прогремела автоматная очередь. Пули сорвали листву с ближайшего дерева.

– Не стрелять! – взревел Осокин. – Это СМЕРШ! У нас раненый, медиков сюда!

В парке царила неразбериха. Любимое развлечение – махать кулаками после драки. К патрулю прибыло подкрепление, солдаты оцепили парк. Примчалась машина из санчасти.

– Дело житейское, – вынес вердикт военфельдшер, осмотревший рану Иващенко. – Поорет немного, ничего страшного. Через месяц снова будет прыгать и пули горстями ловить.

Пожарные возобновили работу. Часть парка, где располагался клуб, затянуло едкой гарью. Открытый огонь был ликвидирован. Основное здание удалось отстоять, там повреждения были незначительные.

От пристройки остались несколько обугленных стен и часть крыши. Практически полностью выгорела мебель, вся обстановка.

Уже рассвело. По пепелищу блуждали пожарники. Они ворошили тлеющие конструкции баграми, разбивали ломиками.

Попытки Осокина пробраться на пожарище встретили жесткий отпор.

– Не пущу, товарищ капитан, нельзя вам сюда, – сказал контрразведчику плечистый начальник пожарной команды, весь прокопченный, грязный как трубочист. – Это опасно, у меня инструкции. И не суйте мне под нос свое удостоверение. Мне без разницы, кто вы такой, пусть даже Верховный главнокомандующий. Закончим работу, убедимся в безопасности, вот тогда добро пожаловать.

Ивану пришлось терпеть, ходить кругами.

Прибыли криминалисты из райотдела милиции, тоже курили. Потом какие-то люди вынесли на носилках с пепелища закопченный труп, положили на поляну. Проводить процедуру опознания было незачем. В головешки превратилась только нижняя часть туловища, а голова почти не пострадала. Сгорели волосы, обуглилась кожа на макушке. В глазах Навроцкого застыл кромешный ужас. На груди сохранились лоскутья майки. Милиционеры отвернулись, заткнули носы.

– Ножом зарезали, – сказал пожилой криминалист. – Злоумышленники проникли в пристройку, где он жил, напали на него. Возможно, он что-то услышал, успел подняться. Били в грудь. Можете сами полюбоваться.

– Зачем тогда здание поджигать? – спросил Иван. – Какой в этом смысл? Зарезал – уходи.

– Думаю, они не поджигали, товарищ капитан. На полу в спальне лежала раздавленная керосиновая лампа. Пол частично сохранился, но там, где она валялась, он обуглился. Дело, видимо, было так. Убийцы проникли в дом. Навроцкий проснулся от шума, зажег лампу, после чего подвергся нападению. Лампа упала случайно. Ее убийцы задели, или он сам, когда отбивался. Горящий керосин расплескался, тушить огонь преступники не стали, быстро ушли. Пламя перекинулось на мебель и так далее. То, что труп обгорел не весь, тоже объяснимо. Он умер не сразу. А убийцы в этом не убедились, испугались огня, убежали.