Слепая ревность

Уезжая из родного дома, первое, что я хотела, – это воздуха, свободы и реализации моих амбиций.

– Отец был слишком строг."

"– Да. Очень жёсткие рамки. Он давил на меня своим авторитетом. И вот, когда я, наконец, начала дышать, кислород мне перекрыть хочешь ты, – серьёзно заявляет она. Ух ты. Я затягиваю поводок? Может быть. Но… – Ай! – вскрикивает Варвара, когда я резко переворачиваю ее на спину и распинаю под собой, сплетая пальцы, поднимая наши руки над ее головой, вжимая их в подушки.

– Послушай меня, маленькая. Я не ограничиваю тебя в выборе профессии, увлечениях и в общем – в жизненных планах и амбициях. Скажу больше, я поддержу тебя и помогу в реализации. Но я мужчина. И не могу дать тебе свободу в отношениях. Здесь я собственник до мозга костей. Уж извини, такова мужская природа. Здесь я устанавливаю рамки.

Девочка закрывает глаза.

– Варвара, ты не принимаешь мою позицию? – голос опять ожесточается. Но не могу я с ней сдерживаться. Молчит.

Она молчит!

Да, вашу мать!

Хочется что-нибудь расхерачить. А лучше самому побиться головой о стену.

Куда-то не туда мы идём с ней. Или я настолько консервативен? Ну как можно это принять? Я не выдержу и натворю что-то очень нехорошее.

Отпускаю Варю. Встаю с кровати. Натягиваю спортивные штаны и иду на лоджию. Беру сигареты, прикуриваю, выпускаю дым в распахнутое окно. Я редко курю, но сейчас мне нужно хоть как-то успокоить расшатанные нервы. Иначе опять обижу ее.

Несколько глубоких затяжек наполняют лёгкие горьким дымом, но легче не становится.

Слышу ее шаги позади. Обнимает меня сзади, обвивая торс руками, ложится щекой на мою голую спину, снова вздыхает.

– Конечно, я твоя. Я отдалась тебе. И с другими у меня ничего быть не может. Если я общаюсь с кем-то, то это не означает, что есть чувства. Чувства только к тебе.

– Какие чувства, Варвара? – немного смягчаюсь.

– Сильные.

Тушу окурок в пепельнице, отрываю ее руки от себя, но только для того, чтобы развернуться к ней лицом.

– Насколько сильные? – все, сдаюсь ее невинным, непорочным глазам, уязвимости, нежности. Смущается. Улыбается, пряча лицо у меня на шее. Целую в висок. – Давай договоримся, что ты все поняла, и если вдруг Родион вздумает нанести тебе визит, то ты сообщишь об этом мне?

Молча кивает. Ладно. Ну как ей не верить? Она просто еще слишком неопытна. Будем работать над этим.

– Давай ужин закажем, и вина. У меня был архисложный и напряжённый день.

– Все из-за меня? – виновато спрашивает она.

– Нет. Не только. Тендер сорвался.

– Почему? Это очень плохо?

– Ну, не конец света. Прорвёмся. Разберусь.

– А меня сегодня уволил босс, – наигранно вздыхает она. – С формулировкой: «Я не могу с вами работать».

– Да что ты говоришь? – усмехаюсь. – Плохой начальник?

– Тиран, я бы сказала.