Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

У меня по части мытарств есть определенная практика: бессонные ночи на дежурствах, работа с травмами и несколько месяцев тяжелого физического труда.

Так вот, всего лишь на второй день испытаний мой интеллект не работал вообще. Просто, скотина этакая, взял отпуск: «Ушел в себя, не беспокоить!» Это я еще ни от кого не бегал, не ползал под пулями, не был ранен – просто шел! Топал и топал на север. Бездумно, безучастно, как заведенный механизм.

Пакет с вещами я скоро бросил (отсыревшее за ночь одеяло показалось мне свинцово тяжелым). Просто руку разжал, он и выпал…

Не помню, чем я тогда руководствовался в выборе оптимального пути… Смотрю – топаю уже по проселку.

Идти заметно легче. А то, что это небезопасно, уже вроде бы и несущественно. Плевать на все…

В общем, в третьем часу пополудни я по обочине трассы дотопал прямо до Черного Яра и, падая с ног от изнеможения, ввалился в первый же попавшийся по пути знакомый адрес.

Эта квартира некогда была и моей тоже: сейчас здесь проживали моя дочь и моя бывшая супруга.

– Пить… – хрипло прорычал я, когда мне открыли.

– Боже мой… На кого ж ты похож! – У бывшей супруги от удивления глаза стали размером с юбилейный рубль.

– На папу! – пробурчал я, бездумно глядя на свое отражение в трюмо – да, пугало еще то. – Чего вылупилась – пить дай!!!

– Сейчас… – Бывшая супруга опасливо попятилась и юркнула в кухню. – Секунду…

Вместо нее в прихожую вышли двое двоюродных братьев Собакина. То есть такие же здоровенные и угрюмые. А по-моему, даже и физиономическое сходство присутствовало.

У меня уже не было сил визжать от ужаса. Сполз по косяку на пол, обхватил голову руками, прохрипел:

– Обидно… На фига, спрашивается, мучился?! – и горько заплакал.

– Да, док, не бережешь ты себя, – участливо заметил один из «родственников» Собакина. – Дайте ему воды, да поедем.

– А он не буйный? – опасливо уточнила с кухни бывшая супруга.

– Сама ты буйная, б… такая! – взрыднул я. – Предательница!!!

– Ты ругаешься матом?! – удивилась дочь академиков, передавая мне через посредника стакан воды. – Боже, как ты пал! Хорошо хоть, дочери нет – не увидит тебя в таком ужасном состоянии.

Я с огромным наслаждением выпил стакан воды, смачно просморкался в футболку…

– Фу, животное…

…и заявил отсыревшим голосом:

– Дочь меня уже никогда не увидит.

Сейчас меня убивать повезут. Спасибо тебе, родная, услужила.

– А говорили – не буйный…"

"– Да нет, это так… Временное помешательство, – «родственники» Собакина нежно приняли меня под локотки и повлекли на выход, – не обращайте внимания, мы это дело быстро поправим…

* * *Угадайте, куда меня повезли? Не в подвал, в коллектор или на пустырь… А просто домой. В мое уютное холостяцкое гнездышко.

В моем гнездышке царил Собакин.