Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

Если успеем сделать все, что задумали, и пересечься с Ивановым на последнем этапе, у нас есть некоторые шансы на успех.

По дороге Петрушин вызвонил одного из своих балашихинских боевых братьев и, не вдаваясь в подробности, в двух словах обрисовал проблему:"

"– Привет. Ты где? Понял. А твои на полигоне?.. Очень хорошо! Короче. У меня беда. Срочно нужно «железо». Бросай все, выходи на Спортивную – мы там проезжать будем… Нет-нет, никаких заявок, никаких приказов – все неофициально…

Боевой брат попался на диво толковый и бестрепетный: я бы, например, задал кучу вопросов и по беде, и по «железу».

Брат, видимо, ничего подобного спрашивать не стал, потому что Петрушин удовлетворенно буркнул:

– Гут. Минут через сорок выходи – думаю, успеем…

– Ну, давай, доктор, – нетерпеливо потребовал Вася, дождавшись, когда Петрушин отговорит. – Рассказывай нам, как мы будем жить в ближайшие три часа.

Вася терпеть не может неопределенности. Ему обязательно надо все разложить по полочкам и в деталях расписать перспективы. Ежели, допустим, сказать ему, что за следующим поворотом будет ждать вражеская штурмовая бригада в таком-то составе – списочная численность, вооружение, боеприпасы, – это будет для него более приемлемым, чем встреча пусть с небольшой, но совершенно неизведанной неприятностью абсолютно непредсказуемого характера.

– Предлагаю послушать Серегу, – Костя с ходу делегировал мне полномочия. – Операцию проводят в некотором роде его коллеги, так что он лучше владеет существом вопроса. А я уже потом откорректирую…

– Они мне такие же коллеги, как тебе и Васе, – открестился я. – Это Лизины коллеги-ренегаты.

Вот она бы нам сейчас точно выдала что-нибудь стоящее…

– Э, хорош препираться! – возмутился Вася. – Скажите уже что-нибудь толковое, время-то идет!

– Давай, Серый, рассказывай, – поддержал Петрушин. – Корректировать будем все вместе, по ходу изложения.

– Я тронут вашим доверием. Но я среди вас самый молодой – могу сдуру где-нибудь косяка упороть…

– Давай уже, не выеживайся! – рявкнул Вася.

– Хорошо… Итак: кто нам противостоит?

– А лучше – от лица оппонента, – предложил Костя. – Так нагляднее. Натяни на себя его гнусную личину.

Почувствуй себя в его вонючей шкуре.

– Ладно. Кто я такой? Наемный чекист, отставной или действующий, – но в любом случае работающий за деньги…

– Это неважно, дальше давай!

– Это важно, – поправил Костя. – Если человек выступает в привычном амплуа слуги государева, у него одни мотивации и методы решения поставленной задачи. А если за деньги, сугубо для себя и от себя – совсем другие.

– Да ладно! Что те, что другие – все делают одинаково…

– Расшифрую, – терпеливо пояснил Костя.