Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией
Команда полковника Иванова называется «Экспертно-аналитическое бюро». Но ее стихия – война. Безжалостная, бескомпромиссная, кровавая война с наркомафией. Особенность этой войны еще в том, что на «мероприятия» бойцы Команды отправляются, как правило, без оружия. Впрочем, это не мешает им побеждать. И все бы шло своим чередом, но тут в борьбу с наркомафией вмешивается какая-то третья сила. Цели у нее вроде бы те же, что и у Команды, но вот методы «работы» просто шокируют. Полыхают коттеджи наркобаронов, на подступах к городу безжалостно уничтожаются наркокурьеры, стучат пулеметные очереди – это без суда и следствия расстреливают торговцев «дурью». Но самое любопытное, что в самом городе идет легальная торговля легкими наркотиками. Команда полковника Иванова пытается раскрыть двуличных «мстителей» и приступает к своей самой рискованной и самой жесткой операции…Состав сборника:Жесткая рекогносцировкаТактика выжженной землиТриумфатор
Так… Про то, как загадили вольер, думаю, вам неинтересно, а все остальное в цифре выглядело следующим образом:
– около трех тысяч человек оформили по статьям за хранение и распространение, из них примерно 80 процентов (в которые вошли поголовно все, кто был в вольере) – по явке с повинной;
– изъяли почти полтонны героина и две с половиной тонны «травы» и прочей «дури».
Для скептиков: понятно, что людей можно набрать новых, а товар нетрудно подвезти. Но признайте, что в целом все это – большое, хорошо налаженное хозяйство, которое исправно функционировало не один год, принося колоссальную прибыль, и вдруг в одночасье накрылось одним известным местом. Для восстановления такого хозяйства понадобится масса времени, ресурсов и незаурядной личной отваги, а в связи с неизбежно грядущим Законом все это как минимум на ближайшие полгода просто утрачивает смысл.
Короче.
К полудню четвертого сентября наркодилерская сеть в столице нашей Родины была уничтожена.
Мы разобрали рогатки, помогли омоновцам собрать палатки и с триумфом убыли на базу…
* * *В 16.45 меня растолкал Собакин и сказал, что нас приглашают на торжественное собрание.
Лег я в три пополудни с твердым намерением дрыхнуть ровно сутки кряду, при пробуждении первым делом ощутил, что выбитые зубы – это вовсе не сон, а трагическая явь, так что, сами понимаете, ожидаемого взрыва энтузиазма товарищ по борьбе со вселенским злом от меня не дождался. Более того, спросонок я почти дословно процитировал безвременно почившего Экипидора, пообещав вступить в интимные отношения не только с этим собранием, но и со всем, что имеет к нему хотя бы даже самое отдаленное отношение.
Заразная это штука – экипидорщина, пристает сразу и надолго.
– Там будет много жратвы, – Собакин был радостно возбужден, бодр и ясноглаз, будто и не вкалывал сутки без продыху. – Нет, жратва – это грубо. Там будут самые лучшие яства, какие только можно себе представить! И самое высококачественное пойло! Французские коньяки, ликеры, эксклюзивная водка, коллекционные вина… И подарки дадут – ценные. В смысле, в натуре – дорогие.
– А п…лей там не дадут – совсем задаром или хотя бы по демпинговым ценам?
– Да ну тебя! А! Еще там будут продажные девки. Из самого крутого публичного дома. Под видом официанток…
– Это ты про рай рассказываешь?
– Нет, я вполне серьезно!
– Думаешь, если нас расстреляют, то мы туда попадем? Да вот вам крендель с бубенцами, дорогой друг! Таких, как мы, в рай не пускают. На пушечный выстрел.
– Давай собирайся! Через пятнадцать минут выезд.
– Так это еще куда-то ехать надо?! Я думал – это здесь, у нас. Не, я пас. Я раненый герой, так что имею право…
– Зубов собирает руководство управления, – «расшифровался» наконец Собакин. – И наиболее отличившихся сотрудников.
