Софья. Другой мир

Но последствия широко известны: они перестали сотрудничать, — мужчина посмотрел на меня чуть прищурившись.

Я почувствовала цепкий, умный взгляд и поняла, что слуга догадывается — вопрос непраздный.

— Можно сказать, результат ссоры для бизнеса обоих родов отвратный, — продолжил негромко рассказывать Василий. — Все шесть действующих шахт в нашем княжестве принадлежат Стрелецким. От ближайшей до завода Соболевых менее ста километров. Завод — то поэтому и построили в Аксае. Так действуют все — очень выгодно, — мужчина едва заметно улыбнулся. — Соболевы всегда приобретали гигантское количество угля, но после разрыва партнерства были вынуждены закупать топливо втридорога.

Та же история со Стрелецким: терпит убытки.

— Скажи, — я твердо смотрела на мужчину. — В российских деловых кругах принято посредничество? Поясню, — добавила, видя непонимание. — Кто — то договаривается с одним и вторым родом. Берет у первого, а затем продает второму. Ну или привозит за деньги.

Брови слуги стремительно взлетели. Довольно быстро справившись с удивлением, он задумался, а после негромко сказал:

— Никто ничего подобного прежде не делал.

Все работают напрямую. Но… запрета на такое взаимодействие родов нет. Даже враждующие будут не против. А таких, как Соболевы и Стрелецкие, немало, — он ошарашенно нахмурился, догадавшись, куда клоню. — Получается, формально рода напрямую не взаимодействуют, честь не страдает. Это же… — оборвав фразу, он с восхищением посмотрел мне в глаза.

— Новый вид деятельности, — усмехнулась я. — Все стороны получают выгоду. Значит, мы с тобой хорошо поработаем, — не скрывая радости, широко улыбнулась. — Займись подготовкой документов для открытия фирмы, — отдала приказ и добавила: — Все у нас получится.

— Слушаюсь, госпожа, — мгновенно отозвался Василий и нахмурился, наблюдая за моими действиями.

Я же, не откладывая дело в долгий ящик, решила провести эксперимент. Да и таиться от верного слуги больше причин не видела: он понимал меня с полуслова.

Глубоко вдохнув, как перед погружением в воду, я пристально посмотрела на вытянутую ладонь. Сконцентрировав на коже эфир (в этот раз не свой, а тот, что находился рядом с рукой), представила, как разгорается жаркое пламя.

Мгновение полюбовавшись на получившиеся пятнадцатисантиметровые огненные языки, еще раз глубоко вдохнула и, сгруппировав эфир на запястье, концентрированно направила в огонь. Воздушная струя соприкоснулась с пламенем, и на моей ладони завертелся огненный смерч. Именно этого я добивалась: законы физики в наших мирах действуют одинаково.

Щедро подпитав полыхающую, беспрестанно вертящуюся спираль собственным эфиром, улыбнулась шокированному Василию и тихонько сказала:

— Ты очень хороший учитель.