Сводные

Я, может, уже и не мечтал о том, что новая жизнь у меня начнется, а ты... Кстати, правда, что ты Морозову ничего про Маяка не расскажешь?

Опираюсь локтями на мраморный парапет набережной и смотрю, как затухает огненно-золотое свечение.

— Дурак я что ли, палиться перед капитаном? А если скоро капитану Морозову придет анонимное письмо из Воронежа с важными сведениями, то причем здесь я, верно?

(1) Кэн (иврит) - да.

(2) Иерусалим, Иерусалим! (иврит) Шаббат шалом - традиционное приветствие наступление субботы.

Глава 26

Что я скажу работникам центра? Как вот так с порога вывалить на них все свои проблемы?

У меня язык не поворачивается назвать саму себя «беременной», я не смогу! Да я сама до сих пор не могу поверить в это. Даже несмотря на живот!

В очередной раз, перемалывая в голове одни и те же мысли, разворачиваюсь на перекрестке и иду обратно, мимо высокого забора с металлическими пиками, за которыми скрывается здание центра. Я не могу уйти, но и зайти не решаюсь.

Я в Москве, одна и никто не знает, что я здесь. Отчаянная решимость истончается, а я впервые понимаю, как далеко зашла. Если что-то случится, меня никто не найдет."

"Голод и эмоции иссушают разум. Я просто хожу по тротуару туда и обратно, бездумно, машинально, как сумасшедшая, не в силах решиться ни на что, изматывая себя сомнениями и пустыми размышлениями.

А потом из дверей центра выходит женщина.

Я тут же пытаюсь убежать, но для начала отхожу в сторону и делаю вид, что я тут случайно. Слава богу, она на меня не обращает никакого внимания. А я даже возвращаюсь ближе, заинтересованная ее действиями. Ведь с желтой лейкой в руках женщина принимается ковырять мерзлую землю в каменных клумбах возле входа.

— Привет! — вдруг улыбается она мне. — Я одна не справлюсь, хочешь мне помочь?

Первый мой порыв — снова бегство. Меня заметили. Неужели прямо сейчас я должна сказать, что беременна и мне нужен ее совет? А если это какая-то техничка или уборщица?

Но очень быстро на смену страху приходят удивление и растерянность. Она просит меня о помощи! Но это я пришла сюда за помощью! Как я вообще могу кому-то помочь, если не могу справиться с собственной жизнью?

— Я? — переспрашиваю. — Нет, не думаю, я спешу…

— Это не займет много времени, — продолжает улыбаться женщина. — Помоги выкопать здесь ямку, а я пока схожу еще за водой? Держи лопатку.

Осторожно беру крохотную детскую лопатку. Понимаю, что лицо женщины кажется мне знакомым. Очень знакомым. Как такое может быть? Как я могу знать москвичку, которая, как ни в чем не бывало, возвращается в здание за новой порцией воды, оставляя меня в одиночестве?

А где моя помощь, на которую я так рассчитывала? Похоже, я представляла визит в центр совсем-совсем иначе.