Связано с любовью (СИ)

Солнце и морская вода сделали кожу золотистой, веснушки более заметными. Плавание добавило силы рукам и спине, ноги больше не были веточками – из нелепого тощего жеребенка я превратилась в девушку с красивой фигурой. Волосы, наконец, добрались до лопаток, и теперь можно было не покрывая голову носить красивые прически, а платья для меня кроились с учетом небольшой, но хотя бы существующей груди.

Фабрика работала на всю катушку, и новые заказы от испанитки теперь чередовались с заказами из других стран – о нас услышали везде. Флора пару дней в неделю проводила на фабрике, и люди начали уже узнавать кто все же кроется за этой известной всем открыткой.

Обо мне много говорили, и, естественно, много сплетничали. На нашей фабрике сложились пары, и мне это даже нравилось. Дирк все больше времени проводил с Леовой, сначала объясняя тем, что хочет помочь мне на фабрике, а потом и вовсе перестал стесняться, уезжая вечером к ней. За него я была рада особенно.

Люк, погруженный в свои изобретения, иногда, нет-нет, да и шутил над Маритой, которая шикала на него, и тем самым выдавала их.

Люк по моим эскизам, объяснениям на пальцах, сделал сейф, корпел над швейной машинкой, разбираясь - как же можно наладить быструю заправку нитей, а Молли всю себя отдала делу красильни.

Каждый, наконец, нашел себя, и перед самыми первыми холодами я объявила своим помощницам о том, что наши обороты увеличились вдвое. Тогда-то я и рассчиталась полностью с Рональдом и Леовой. Леова хоть и говорила, что это не к спеху, и она подождала бы, но в этот же вечер они с Дирком отправились искать новый домик – ее старый - на самом краю деревни, уже не подлежал ремонту.

К Элиоту я ездила в пятницу, а в субботу вечером возвращалась домой. Там я погружалась в теплые разговоры, обсуждение книг. Элиот много рассказывал об истории этого мира. Мы пили теплое вино в библиотеке, куда он спускался с большим трудом к обеду, и до вечера не покидал комнату с камином и книгами. Летом мы сидели в беседке, куда вынесли небольшой диван, где он засыпал прямо в процессе беседы. Я накрывала его пледом и шла гулять к краю земель – в лес.

Идеи лучше всего генерировались именно в таких вот прогулках в одиночестве. Когда-то давно, когда я уже освоила пледы, и мне стало скучно, глаз мой упал на самотканые ковры. Они были небольшими, а наш люд, что переходил из страны Советов в Россию, все еще украшали ими стены.

Здесь ковры были дороги, и производили их в далекой Дэркии – стране, похожей на нашу Турцию. А маленькие коврики, которые можно бросить под ноги в кабинете, возле кровати или в прихожей, распространены не были.