Тайный сыск царя Гороха

Тайно поставляется оружие, роются подземные ходы за стену, на границе наверняка неспокойно, а какой-нибудь мобильный отряд быстрого реагирования только и ждет приказа выдвинуться к Лукошкину, пройти под стеной, устроить резню в городе и ждать до подхода основных сил. Воюя на два фронта, Горох может и не удержать позиций. К тому же если учесть панику горожан, захваченных ночью изнутри неумолимым врагом, способным принимать любое обличье… Столица почти наверняка была бы обречена.

Закончив с бумагами, я переключился на книги. В большинстве своем старые рукописные фолианты не содержали ничего интересного, возможно, потому, что были написаны на непонятных языках. Меня учили английскому, я мог бы узнать арабскую вязь или китайские иероглифы, но корявые значки, символы, крючки, точки, полоски и крестики не походили ни на одну известную мне письменность. Я открывал и откладывал их поочередно, все равно толку нет, пока в какой-то полуразвалившейся книге не мелькнули знакомые буквы. На картинке рядом был нарисован зайчик, я невольно прочел вслух: «Серый пух отлетит в небо синее, серый волк убежит в поле чистое, серый дым да туман книзу стелются – а и быть мне, так серым заюшкой, молодым, удалым, оборотистым!»

Я на мгновение потерял сознание. Пришел в себя оттого, что упавшая из моих рук книга больно стукнула меня по лапе. По… чему? Господи боже!!! Я попытался осмотреть себя косящими глазами… Заяц! Натуральный серый заяц, да еще стоящий на задних лапах и недоуменно ощупывающий себя передними. Я попробовал закричать, но вместо человеческой речи раздался невнятный писк. Я – сам собой – превращен в зайца! Я лихорадочно набросился на валяющуюся книгу, наконец мне удалось открыть нужную страницу и отыскать контрзаклинание. Проблема в том, что произнести его вслух я не мог. Мой заячий язык категорически отказывался воспроизводить человеческую речь.

В отчаянии я дал с десяток сумасшедших кругов по кабинету, сбивая все подряд, прежде чем сообразил, в какую сторону нужно бежать. И тут тихое чучело, мертво стоявшее у входа, вдруг ожило, распахнув крокодилоподобную пасть, усеянную мелкими зубами. Я увернулся даже не помню как. Страшные челюсти захлопнулись с раздраженно-скрежещущим звуком. Моя задняя лапа взлетела вверх и врезала пяткой в подбородок чудища. Пусть я заяц, но инстинкты у меня остались человечьи, и наш тренер из школы милиции мог бы мной гордиться. Чучело рухнуло навзничь! Я дунул в освободившийся проход, прижав уши и задрав хвостик.

Баба Яга уже заканчивала свою подрывную деятельность, когда я с самым скорбным видом вошел в дверь. Старая колдунья оглядела меня с чисто гастрономическим интересом и решила:

– А вот и ужин для нас с участковым.