Тайный сыск царя Гороха

Планшеточку на грудь повесил под рубаху и, ровно ладанку нательную, берег! Вот, извольте получить, воевода-батюшка… А за порядком в городе я следил! Как же иначе можно, иначе никак нельзя… Сил не жалел, все ноги себе истоптал, горло сорвал, народ к законопослушанию склоняючи. У нас ведь что за люди? Сами знаете… Работу разъяснительную с населением проводил, детишек в играх определял, чтоб на проезжую часть – ни-ни! Ни одного дорожно-транспортного происшествия за весь день – во как старался. Купцам помогал, где поставить, где объяснить, где товар с гарантией проверить. Воришкам мелким карманным пальцем грозил, а чтоб кулаком кого обидеть, ну в рыло или в глаз, так – ни боже мой! Вежливость проявлял и понимание.

Поведение соблюдал милицейского работника достойное. Ни одной жалобы! Все как есть мною по уши довольны, а кое-кто и благодарность просил вынести… Это я не для хвастовства какого, а так, обстановку докладываю, реальную. Чтоб, значит, вы в курсе были… А, Никита Иванович?

– Ну? – буркнул я.

– Ну… что ж молчите-то? Али мне не верите? Ой, да бога побойтесь, батюшка! Я ж за вас, живота не жалеючи, бьюсь весь день с правонарушителями, не ем, не пью, в тюрьме сижу почем зря.

Стыдно не доверять собственным сотрудникам…

– Ты зачем к Матрене в капусту сызнова влез? – между делом поинтересовалась Яга.

– Началось… – философски вздохнул Митька.

Что у нас было, дальше помню весьма смутно, очень хотелось спать. А так как основные операции по обработке новых версий я наметил на вечер, то вздремнуть часок-другой было просто необходимо. Однако та толпа народа, что ожидала нас у ворот управления, напрочь перебила мне весь сон. Количество ревущих баб вдвое больше, чем в тот памятный день, когда мы впервые вызвали на допрос дьяка, боярина и казначея.

Спрашивать, зачем они пришли, было бессмысленно. На Митьку смотрели как на врага народа, мне же едва не падали в ноги с мольбой о помиловании. Со всех сторон только и слышалось:

– Аспид проклятый! Пожалей сирот, воевода-батюшка! Змий трехголовый, ты пошто моего мужика в поруб упрятал? Ужо сделай божескую милость, гражданин начальник, ить прям со свадьбы жениха в кутузку упекли… Почем зря старика моего повязали, ирод! Ирод ты и есть! Не дай пропасть вдове горемычной, сыскной воевода, все глазоньки выплакала… Да не пьяный он был, не пьяный! Так, слегка принявши… Верни сына матери, господин участковый, не позволь сгинуть в тюрьме моей кровиночке! Антихрист! Как посмел отца Афиногена вместях с отъявленными уголовниками под замком держать?! Вот уж накажет тебя Господь, аки филистимлян… Навуходоносор несчастный!

Если бы не мы с Ягой, бабы растерзали бы недоумка на лоскутки.

Громко пообещав сегодня же со всем разобраться и наказать виновных за перегибы, я пробился к воротам.