Старое поместье Батлера (СИ)

– Ты что это так на меня смотришь? – улыбка исчезла с веснушчатого личика, – Я знаю этот взгляд. Ты что-то задумала. – Не спросила, утвердительно заявила юная собеседница.

– Хочешь стать моим доверенным лицом? В последние месяцы именно ты сопровождала меня и присутствовала на всех встречах…

– Та-ак, – протянула Эпри, – язык мой – враг мой… Но я согласна! Ответственное дело! Мне впервые что-то подобное поручат, ух! Вот братец удивится.

Я смотрела на неё и улыбалась – замечательная, искренняя, просто прекрасная девушка.

– Только Дину не говори, что я делала, пока его не было дома, – попросила я Эприкот и та тут же понятливо кивнула:

– Мой рот на замке, – она провела пальцем по губам, изобразила, что проворачивает ключик и выкидывает его в окно.

Мой муж вот уже три месяца, как отбыл в столицу. Приказ императора под видом вежливого приглашения касался и меня, но так как я в тот момент страшно страдала от токсикоза, да и вообще была уже сильно беременна, Дин не позволил мне даже думать о путешествии в центр страны.

А всё из-за чертежей железной дороги, которые мы отправили Гарольду Первому. Проект сначала весьма заинтересовал герцога Хоупа, а после всё пошло-поехало и вот он результат – наша задумка привлекла самого императора.

Впрочем, мы этого и добивались – без помощи правителя страны реализовать такую масштабную задумку своими силами мы бы не смогли.

Завершив дела в Алоне, направились домой. Мама всю дорогу радостно щебетала – у неё тоже всё было хорошо, она твёрдой рукой вела дела по производству украшений из бисера и картин из них же, и уже давно вышла за рамки одного поместья, они вместе с семьёй Рейвенскрофтов купили пустующее здание в городе и наняли работников.

Том метался между домом и бизнесом, стараясь, чтобы любимая Мэдди не перенапрягалась.

Зевс прославился на всю империю, его наградили почётным титулом ""Лошадь года"". А желающих получить от него потомство было хоть отбавляй. Первого жеребёнка Зевса я подарила Дину, второго Гарольду Первому, а третий и четвёртый были на подходе.

Карета въехала в кованые ворота поместья Харрисонов, и я сразу же почувствовала перемены: уж как-то много людей суетились по двору, ржали многочисленные кони.

Стоило нашему экипажу притормозить, как я толкнула дверцу.

– Грейс, куда? – ахнула Эпри, но я уже спустилась на землю, спеша в дом.

Тут парадная дверь распахнулась, явив моему ищущему взору Дина Харрисона.

Я даже не думала, что буду так скучать! До боли в сердце, до острой тоски по ночам!

Муж буквально слетел с лестницы и, подхватив меня на руки, заключил в объятия. Очень бережно, ласково прижал к своей груди. Я привычно прильнула щекой к его сердцу, вслушиваясь в родное биение, наслаждаясь ароматом любимого мужчины.