Танго втроем

 — Что она творит?

Приправляет и кушает. Разве не очевидно? — улыбаюсь ей. — Бедный Коваленко. Вкусно тебе, дрянь моя?

— Спокойно… Это её Зайчик. Её Зайчик из прошлого.

— Аронов! У неё же есть уже один! Она мне итак с ним все нервы вымотала. Зачем ей два?!

— Они разные на вкус, — посмеиваюсь я. — Тот — хороший мальчик, этот — плохой. Коваленко. Выключай ревность. У неё всегда были и будут Зайчики. Она не спит с ними. Ты же терпишь Евгения. Это еще один Евгений. И только.

Недовольно кусает губы.

— Привет, Андрюш, — лёгким движением поправляет его шарф, закрывая горло.

— Олег… — легко целует и прижимается к моему плечу.

Наконец-то начала делать это сама.

— Я на десять минут отойду. Поговорю с Немцем, ладно? — шёпотом.

— Иди."

"— Олег, — злится Андрей. — Я не понимаю, почему ты позволяешь такое. Не понимаю. Честно! В чём твой кайф? Зачем ты её раздариваешь?!

— Ты и про себя сейчас?

— Нет! Я про ЕЁ Зайцев.

— В древности, в Индии, был такой обычай… не обычай… в общем… Если один богатый человек хотел разорить другого богатого человека, он дарил ему белого слона. Белый слон — священное животное. Его нельзя убить или прогнать.

Существовало множество недешёвых ритуалов, которые требовались от хозяина как поклонение этому животному. Цветочные гирлянды… музыканты в свиту слона… особый рацион… ковры… украшения… прислуга… всего и не перечесть! Короче, его содержание стоило баснословных денег. Улавливаешь мысль?

— Пока нет, — но слушает внимательно.

— Так вот… Женечка — это мой «белый слон». Я сделал такой выбор — иметь в своей собственности Белого слона. Он мне доставляет, он меня вдохновляет, он — моё Tesoro. Но одному мне её не прокормить. И я адекватно это осознаю.

Когда-то думал по-другому и напорол косяков, чуть не потеряв её. После этого я пересмотрел своё отношение к ситуации. Её Зайцы безобидны для наших отношений. Я бы даже сказал — полезны. У нас полная прозрачность на их счет. И я скармливаю ей Зайцев. Изредка — кошечек. Но Зайцы безопаснее и полезнее.

— Олег, но ведь Женя как-то жила с мужем. Я сомневаюсь, что он позволял ей Зайцев.

— Она «голодала», Андрей. И поэтому она снова со мной. Потому что я — это не только «я» сам по себе. Это ещё и определённый образ жизни, возможности, которые ей вставляют.

Это степень свободы, которая не приносит боли её мужчине. Это многого стоит для неё! И я хочу, чтобы находясь в моей собственности, она была сыта и ни в чём не нуждалась. Белый слон должен быть удовлетворён, приручен и дрессирован. Понимаешь меня?

— Понимаю. Но если они не спят… Как «это» у неё устроено с ними? Ты ведь в курсе всех деталей.

— Этого ты никогда не узнаешь. Если она сама не захочет поделиться с тобой деталями. И если я ей это позволю, конечно.

— А ты позволишь?

— Вряд ли.