Таня Гроттер и посох Волхвов

И это при том, что внешне Склепова по-прежнему продолжала притягивать его, вселяя в душу робкого англичанина неопределенные и пугающие его самого желания.

Напившись бульону, Пуппер еще некоторое время надоедал Тане списком гостей, которых он пригласит на помолвку. Список был довольно длинным – фамилий в сто – и начинался с какой-то тети Настурции. Последними в списке значились издатели календариков и представители Магщества Продрыглых Магций.

«И с чего Гурий решил, что будет какая-то помолвка? Ладно, пускай выздоравливает, я с ним потом объяснюсь!» – подумала Таня, великодушно разрешая Гурию мечтать, сколько ему заблагорассудится.

Дверь магпункта снова открылась. В магпункт вошел Ванька Валялкин и, явно игнорируя Таню и Пуппера, направился за ширму к Лизе Зализиной. Таня закусила губу.

– Конечно, Гурий, я жду не дождусь нашей помолвки! – громко сказала она.

Пуппер изумленно уставился на нее, не смея верить своему счастью. Но Таню интересовал не он, а Ванька. Ей почудилось, что Валялкин на секунду застыл, даже споткнулся, но после, не оборачиваясь, проследовал дальше.

«Ах так! Тебе все равно! Ну и мне все равно!» – решила Таня и принялась усиленно кормить Пуппера бульоном.

– Кушай, Гурочка, кушай, женишок мой родной!

– Таня, умоляю! Не надо так глубоко запихивать ложка! Я могу захлебываться и умирать! – в панике пробулькал Пуппер минуту спустя.

– Для умирающего ты слишком разговорчив! Ешь, пока дают! – буркнула Таня.

Малютке Гроттер на миг захотелось нахлобучить Пупперу на голову тарелку, но она сдержалась и стала кормить Гурия более аккуратно.

Шли дни. Пуппер окончательно поправился. Некоторое время Ягге еще сопротивлялась, требуя вылежать еще недельку, но потом махнула рукой и разрешила Гурию тренироваться вместе с командой Тибидохса.

– Только первое время особенно не надрывайся! Легонько, вполсилы! – наставляла его она.

Посмотреть на первую тренировку Пуппера собралась добрая половина школы. Из преподавателей пришли Поклеп Поклепыч, Великая Зуби и Тарарах.

Питекантроп выглядел неважно. На лбу у него был след от удара копытом, а рука была основательно покусана. Вчера циклопы принесли ему из леса раненую химеру. Как и все химеры, чудовище имело огнедышащую львиную пасть и туловище козы, а хвост был драконий.

Собственно, с этого хвоста все и началось. Химера ухитрилась защемить его в треснувшем дереве, ослабела от голода и выла так кошмарно, что ее услышали циклопы. Вой химеры, тоже гречанки по корням, тронул их мозолистые сердца. Опутав химеру веревками, они доставили ее в Тибидохс к Тарараху. По дороге неуклюжие циклопы неосторожно помяли и взбесили свою соотечественницу, так что под конец она была прямо-таки в бешенстве.