Таня Гроттер и посох Волхвов

Темные же ученики, напротив, охотно бравировали и порой демонстративно обнимались с кувшином. Для светлого же мага это было равносильно тому, как если бы лопухоид забрался в атомный реактор, чтобы поджарить там шашлык."

"Таня вспомнила о кувшине слишком поздно, лишь когда в грудь ее толкнула холодная, упругая волна ненависти. Кувшин был близко – смертоносно близко. В мозгу вспыхнула сотня углей, стремящихся растворить и уничтожить саму ее сущность. Таня пыталась сопротивляться, поставила магический блок, но давящая ее сила с легкостью смела его. Девочке казалось, что она проваливается в омут – стремительный, засасывающий.

«Твоя смерть будет мучительной и долгой! Я буду убивать тебя медленно!» – услышала она.

«Я не хочу умирать!»

«Никто не хочет умирать, но все равно приходится. Богатым и бедным, умным и глупым, праведным и грешным! Зачем откладывать? Почему бы тебе не умереть сейчас, глупая белая девчонка с черного отделения? В твоей жизни будет немало темных минут, немало искушений и страданий, а так ты сможешь их избежать. Сейчас я, дэв смерти, спою тебе пес-с-с-сню с-с-с-с-с-смерти… Ты услышишь ее начало, но уже не услышишь конца».

Таня упала. Она не могла стоять. Голову пронзала острая боль. Она ничего уже не видела и не слышала, лишь чувствовала рукой холодную глину кувшина. Должно быть, дэв заставил ее тело помимо воли подползти к нему. Сопротивляясь затягивающему ее омуту смерти, Таня подняла перстень.

Дэв затянул что-то низкое и однообразное. С каждым новым звуком в Тане оставалось на глоток жизни меньше. Она чувствовала, как мелеет, опустошается и угасает.

«Не надо! Я не хочу! Прочь! НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!» – мысленно крикнула Таня, собрав последние силы.

Внезапно ослепительный прекрасный мир, словно сотканный из радуг, перьев жар-птиц и солнечных лучей, мир, которого она прежде не знала и который уж точно не был смертью, открылся ее глазам. А в следующую секунду она произнесла заклинание, которого никогда не знала прежде и которое потом так и не смогла вспомнить. Это были какие-то гортанные, резкие, совсем немелодичные звуки, так непохожие на привычную классическую магию, которой их обучали в Тибидохсе.

Что-то глухо треснуло.

Волна ненависти отхлынула. Таня вновь обрела способность видеть и слышать. Угли, пылавшие у нее в мозгу, погасли. Таня поняла, что стоит на четвереньках, уткнувшись головой в кувшин. Кувшин распался на черепки, а под ним в полу зияла узкая темная дыра, как если бы дэв поспешил трусливо скрыться в преисподней.

Таня вскочила, помчалась куда-то сломя голову и внезапно оказалась в секретном зале темных. Здесь она привалилась к стене и долго не могла отдышаться. Перед глазами у нее прыгали красные точки.