Танец кружевных балерин

Кто бы мог подумать, что этот визит вернет ее в детство, в оставшееся позади далекое прошлое, заставив вспомнить то, что она, казалось, давно уже забыла.

Анна Валентиновна была дочерью Надежды Андреевны Строгалевой, их «шпрехалки», к которой Саша притащила упирающегося Сашку Баранова в тот день, когда отчим выгнал его из дома. Классная руководительница оказалась на высоте, мальчишку не только приютила на ночь, но и вообще оставила у себя жить, как-то решив проблему и с его матерью, и с руководством школы.

На много лет просторная квартира Строгалевой стала надежным пристанищем для всей их компашки.

Здесь можно было смотреть на заливающий парк дождь, сидя на широком подоконнике большого окна, пить вкусный заграничный чай, читать книги из бесконечной библиотеки, вести интересные разговоры за жизнь, чувствуя, что старой учительнице интересно твое мнение, и просто просить совета, если наболело и не знаешь, как жить дальше.

До настоящего момента Саша понятия не имела, что у Надежды Андреевны, оказывается, была дочь. Оглядываясь назад и вспоминая какие-то обрывки разговоров, услужливо подкидываемых памятью, он поняла, что Сашка Баранов, пожалуй, был в курсе, просто своим знанием не поделился даже с ближайшими друзьями.

Она бы не смогла объяснить, почему пришла к такому выводу, но Сашка знал, это точно.

Печальную историю своего появления на свет Анна Шувалова рассказывала без всякого надрыва. Мол, мать тайком встречалась с пленным немцем, потом они поссорились, и вскоре она поняла, что беременна. Рожать ее отправили в Ленинград, к дальним родственникам, подальше от позора. Это Саше было понятно. Она знала, что отец ее учительницы занимал важный пост в облисполкоме.

Об отце и вообще о родителях «шпрехалка» не раз рассказывала. Понятно, что за позорный роман своей дочери, закончившийся нежелательной беременностью, Строгалев мог поплатиться в лучшем случае карьерой. Родители же вынудили Надежду отказаться от ребенка сразу после рождения и отдать девочку на удочерение.

– Я не знала, что выросла в приемной семье. Мои родители никогда не давали мне ни малейшего повода усомниться, что я родная, – рассказывала Саше Анна Валентиновна, когда они вдвоем сидели на качелях в осеннем саду.

 – Разумеется, когда я все узнала, это стало для меня огромным шоком. К счастью для мамы с папой, их уже не было в живых. Думаю, они бы очень расстроились, когда тайна, которую они хранили всю мою жизнь, вылезла наружу.

– А как вы об этом узнали?

Саша ни за что бы не спрашивала, у нее не было привычки лезть к другим людям в душу, и к чужим границам она относилась с уважением, однако видела, что Шуваловой хочется об этом поговорить.

– Так отец рассказал.