Танец кружевных балерин

Кстати, когда шло расследование из-за пропажи статуэтки, Лида его не выдала, хотя видела, как Клеменс прятал фигурку в карман своего ватника. А почему мать так поступила, отец не знал, и я не знаю. Когда рухнул Советский Союз и это стало возможным, он нашел Надежду. Это было легко, потому что она не меняла фамилию и всю жизнь прожила в доме, который он же и строил. Он написал ей письмо. Она ответила, рассказав, что тоже его искала, просто он успел первым. В полученном письме она признавалась, что отказалась от ребенка, от меня. Отдала на усыновление. Она рассказала, что много лет спустя, когда умер ее строгий отец, пыталась меня найти, но не смогла.

Тайну усыновления в Советском Союзе хранили надежно.

– И тогда ваш отец начал искать вас сам.

– Да. Он тут же подключил юристов и сыщиков. Он был уверен, что большие деньги развяжут любой язык, даже если его крепко держат за зубами. Под напором эмоций он написал моей матери второе письмо, в котором обвинил ее в эгоизме и бездушии. Клеменс писал, что разочарован, что он годами хранил память о доброй и чистой девочке, которая оказалась расчетливой гадиной, отдавшей своего ребенка в чужие руки и присвоившего редкую ценность, которую он ей доверил.

– Ценность?"

"– Отец был уверен, что мать воспользовалась оставленной им подсказкой, достала статуэтку, нашла спрятанное в ней сокровище и безбедно жила все эти годы. Он счел это предательством. Теперь уже он наотрез оказывался видеть Надежду и не поехал в Россию до тех пор, пока не нашел меня.

Александра Белокопытова задумалась. Нет, что-то не сходилось.

– Я, конечно, не знаю, о каком раритете идет речь, – проговорила она наконец.

 – Но я бы не сказала, что в жизни Надежды Андреевны было что-то, свидетельствующее об огромном богатстве. У нее имелась очень хорошая квартира, доставшаяся им с сестрой в наследство от родителей. Лидия Андреевна до сих пор там живет. Там было много дорогой мебели и предметов антиквариата, но все это принадлежало еще Строгалеву-старшему. Одевалась Надежда Андреевна очень просто, да и то основные наряды ей привозила сестра, работающая за границей. Нет, она никогда не шиковала.

– Но вы, Сашенька, вчера сами сказали, что она воспитывала этого мальчика, вашего друга, на свою учительскую зарплату и при этом ни в чем не нуждалась.

– Нет, но запросы у них были очень скромными. И, как я уже сказала, Лидия Андреевна ей помогала, да и от отца немало осталось. Кроме того, если бы она действительно добралась до четвертой статуэтки, та наверняка вернулась бы к своим «товаркам» и тоже стояла на пианино. Но балерин всегда было три, я это точно помню.

– Я не знаю, как было на самом деле, – вздохнула Анна Валентиновна.