Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон (СИ)
Артур поднимает голову и окидывает всех троих грозным и сердитым взглядом. — Чьи это дети? Я спрашиваю, чьи это дети? "Твои, Тагаев, твои", — так и хочется ответить. Но вслух говорю другое. — Мои. Это мои дети. А потом наши глаза встречаются… Артур Тагаев, отец моих детей — самый молодой миллиардер в Европе, в двадцать семь лет возглавивший бизнес-империю вместо отца. Таким как Тагаевы не нужны дети от таких как я. Мне это доходчиво объяснила его мать. Сам Артур пять лет назад даже не стал со мной разговаривать… Предыстория: "Двойная тайна для миллиардера"
Наверное, я безвольная тряпка, но мне совсем не хочется спать, а посидеть с Тагаевым на кухне это же не равно заниматься с ним сексом пока спят дети? Руку, правда, забираю.
— Я виделся с таксистом, который тебя привозил в тот день в наш дом, — говорит Артур, и у меня в легких внезапно заканчивается кислород.
— И что? — сиплю чтобы хоть что-то сказать.
— Он рассказывал, как вы ехали, как он тебя ждал, как ты потом вышла. И знаешь, что я понял? Оказывается, я помню тот день до мельчайших подробностей.
— Я тоже помню, — шепчу едва слышно.
— Я помню, как вышел на лестницу и увидел девушку в платье в цветочек. Платье было простым, но мне запомнилось, и девушка привлекла внимание.
— Я в нем проходила половину беременности, пока живот не начал расти, — говорю снова не к месту, но Артур выслушивает внимательно и делает очередную попытку взять меня за руку.
— Я месяц провалялся с пневмонией, как и ты, у меня еще были осложнения — отеки в ушных каналах. Я не разобрал, о чем эта девушка говорит с матерью, но голос… Я ведь узнал твой голос, Настя, точно узнал. Мне стоило просто тебя окликнуть, и все сложилось бы совсем по-другому.
— Так почему же не окликнул? — отвратительно сиплю, но ничего не могу поделать со своим голосом.
— Я считал, что ты это та, другая. Никитина. И мать сказала, что это она приходила. Я никому не говорил, что мы с тобой… — он замолкает, подбирая слова, но видимо не подбирается. — Мать сказала, что приходила Никитина требовать деньги и шантажировать. А когда мы с ней в первый раз виделись, она хрипела, оправдывалась ларингитом. Поэтому я и поверил, что ты это она.
Мы оба молчим. Я физически ощущаю ту боль, которая исходит из его слов и повисает над нами. Но впускать ее в себя не хочу. Мне уже отболело, не хочу переживать это заново.
— Я тогда все время думал о тебе, Настя, когда в себя пришел. Искал тебя. И когда ты нашлась так обрадовался, всех выгнал, чтобы не мешали. А пришла она, эта… Если бы ты знала, как мне мерзко было. И я же понимал, что все другое. Но она вела себя так, как будто там была она, и все эти словечки твои повторяла…
— Я думала, она моя подруга, — вздыхаю и снова отнимаю руку у Артура, — вот и растрепала ей про тебя. Не знай она всего, может, ты бы и догадался.
— До сих пор не понимаю, как я повелся. Она разговаривала не так как ты, пахла не как ты, меня от нее вообще не вставляло, не так как с тобой…
— Артур… — радуюсь, что темно и он не видит, как я покраснела.
— Послушай, — в этот раз он завладевает моей рукой, и я больше не делаю попыток высвободиться, — не делай вид, будто ты не видишь, что я от тебя совсем потерял голову. И дело не только в детях. Я много думал, как бы все сложилось, если бы мы тогда встретились. Уверен, что я бы влюбился в тебя, Настя.

















