Укрытие. Книга 3. Пыль

— Почему нет?

— Я не овца. Овцы сбиваются в стада, но овец больше не осталось.

— Что такое «овца»? — спросил мужчина, и тут его светлые глаза стали еще светлее. — Я тебя видел. Ты одна из тех детей, которые здесь жили?

Элиза кивнула.

— Ты можешь присоединиться к нашему стаду. Стадо — это община. Прихожане церкви. Ты ходишь в церковь?

Элиза помотала головой. Она опустила ладонь на книгу, где была страница про овец, как их растить и как о них заботиться. Книга и этот человек противоречили друг другу. Элиза ощутила внутри холодок тревоги, пытаясь понять, кому из них доверять.

Она склонялась в сторону книги, потому что та оказывалась всегда права насчет очень многих вещей.

— Не хочешь зайти? — Мужчина указал на дверь. Элиза взглянула мимо него в темноту за дверью. — Ты голодная?

Элиза кивнула.

— Мы собираем еду. Церковь мы уже отыскали. Скоро наши люди спустятся с ферм. Хочешь зайти поесть чего-нибудь или попить? Я набрал то, что смог унести. И поделюсь с тобой.

Он опустил руку ей на плечо, и Элиза невольно уставилась на его предплечье, густо заросшее темными волосами, такими же, как у Соло, но не такими, как у Риксона.

В животе у нее забурчало, а до ферм было еще далеко...

— Мне надо найти щенка, — сказала она, но на огромной лестнице ее голосок прозвучал совсем тихо и растворился облачком тумана в прохладном воздухе.

— Мы найдем твоего щенка, — пообещал мужчина. — Давай зайдем. Я хочу все узнать о твоем мире. Это ведь чудо. А ты знаешь, что ты тоже чудо?

Ничего этого Элиза не знала. Ни в одной из книг, из которых она вырывала страницы, не упоминалось про чудеса. Но ведь она так много страниц еще не прочла. Живот бурчал, отвечая за нее, поэтому она пошла следом за чернобородым мужчиной.

Они вошли в темный коридор. Впереди слышались голоса, успокаивающая и негромкая смесь бормотания и шепота, и Элиза задумалась: это и есть голос стада?

43

УКРЫТИЕ 1

Шарлотта вновь оказалась в ящике — но только ящике без охлаждения, без оконца, покрытого инеем, и без трубочки с ярко-синей жидкостью, воткнутой ей в вену. В этом ящике ничего этого не было, равно как и шанса на сладкие сны и кошмар пробуждения. То был просто металлический ящик, который прогибался и скрипел, когда она в нем ворочалась.

Шарлотта устроила себе уютный домик в лифте для дронов — металлическом контейнере, слишком низком, чтобы сидеть, слишком темном, чтобы разглядеть руку перед лицом, и настолько тихом, что можно было расслышать свои мысли. Она дважды укрывалась в нем, услышав топот шагов за дверью, когда ее искали. Ту ночь она провела в лифте, ожидая, что они вернутся, но им, наверное, предстояло обыскать еще много этажей.

Каждые несколько минут она ворочалась, безнадежно стараясь устроиться хоть как-то удобнее.