Увольняюсь, Ваша Светлость!

Такой близкий и при этом недостижимый… Но ведь от одного раза ничего не случится?

Ага, от того самого, после которого рождаются дети, проявляются клейма, начинаются войны, — тут же ехидно подсказывал внутренний голос.

Мои руки все еще обнимали его за шею, а он медленно проводил носом то по одной груди, то по другой, будто случайно задевая соски.

— Я открыл портал в твою спальню. Как только выйдешь из воды, я тебя высушу, а сам останусь здесь. Мне нужно успокоиться.

От этого признания я дернулась: грудь подпрыгнула вверх, и он поймал сосок в рот. Слегка прикусил. Нечеловеческая жестокость.

Бедра сами пришли в движение.

— А-а-а-а-у, но почему?

Я имела в виду, почему бы нам не продолжить. Пояснения ему и не требовались.

— Джейн, происходит нечто странное. Меня тянет к тебе. К этому, допустим, я привык. Но сейчас на тебе нет чужих отпечатков, а стремление присвоить никуда не делось. Я жажду не только войти в тебя, но и впустить мою магию. Сделать по-настоящему своей.

— Заклеймить? — уточнила я, зная ответ.

Внутренний голос забил на свои же подсказки и победно распевал арии."

"— Да, милая. Причем сначала — распустить узоры по твоему телу, а уже потом овладеть им.

Они стану мерцать и меняться с каждым твоим вдохом. Это поможет не пропустить ни один оттенок твоего наслаждения... Абсолютно счастливый демон. Ты когда-нибудь видела такое чудо?

Это невыносимо. Когда мой главный страх успел преобразиться в потребность? В эту минуту я не видела ничего ужасного в том, чтобы принадлежать этому мужчине. Даже наоборот, ровно наоборот.

Я цеплялась за него. Томление достигло запредельных значений. Едва сдерживалась, чтобы не тереться о его руки, как кошка.

— Это чары? Что со мной? Эллиот…

— Если бы я знал.

Нам не нужны чары, артефакты, подготовка и даже твое имя. Ты открыта, полностью готова и зовешь так громко, что магия закручивается не только во мне, но и снаружи… Мы пытались провести этот ритуал с женой, но ни разу не прошли и трети этого пути. Она всегда отталкивала.

Упоминание о красавице-блондинке немного привело меня в чувство. Не до такой степени, чтобы выпустить Сноу… Я попыталась свернуться в комочек и спрятать голову у него на плече.

— Если бы у меня давно не было женщины, а ты оказалась талантливой суккубой… Но и это не то.

Все не то. Тело бы требовало тебя, но магия бы молчала.

Как было бы здорово, если бы и он тоже молчал. Нет ничего хуже, когда мужчина прижимает к себе, но говорит при этом то, что тебя отталкивает.

— Ты мог бы сдержаться ради одного раза. По-моему, это то, что ты умеешь виртуозно. Отношения по расписанию, строгое чередование — сначала одна, потом другая. И привязаться не успеешь, — видимо, за язык меня дергал какой-то бес.

Конвей осторожно вернул мне вертикальное положение.