Поклонник

Все, чего я сейчас хочу, – защитить его. Это желание сильнее черной воронки страха над моей головой.

– Я и правда убила наших родителей? – спрашиваю я тихо, глядя на свои колени.

– Правда. Подожгла дом, – равнодушно отвечает Габриэль.

И Роза, слыша это, обнимает его и прижимается щекой к его груди.

– Не плачь, любовь моя, – тотчас начинает успокаивать он ее.

Они не выглядят как брат и сестра – скорее как два безумных любовника.

– Если я виновата, накажите меня, но отпустите Матвея, – прошу я. – Он ни при чем.

– О нет, – вздыхает Габриэль. – Он очень даже при чем.

Роза, у которой вдруг высыхают слезы, смеется и идет к Матвею. Она садится к нему на колени, обвивает руками шею, целует в щеки. Его глаза закрыты, а заведенные назад, за спинку стула, руки сжаты в кулаки. Я знаю, что ему неприятно, но он не дергается. Терпит.

– Он такой сильный, – мурлыкает Роза. – Такой брутальный. И пахнет морем. Ты действительно полюбил мою сестренку, душка? И как она тебе? Вы спали? Тебе понравилось? Хочешь меня? – Она оголяет плечо своего воздушного мятного платья. Я лучше нее и много чего умею.

Моя копия безумна. Они с Габриэлем оба не в себе. Я вижу по их глазам. В них слишком много демонов. Они их поработили.

«Ты могла быть такой же», – шепчет мой демон. Ему тоже страшно – так же, как и мне.

– Роза, это некультурно, – укоризненно говорит Габриэль. – Перестань. Слезь с него. Какой пример ты подаешь младшей сестре?

– Мне интересно, он такой же, как брат, или другой? – звонко хохочет она, запуская пальцы в его черные волосы. – Да-да, малыш, это я играла с Андреем. Честно, он был абсолютно никаким, – шепчет она на ухо Матвею. – Скучный, глупый и неискушенный. Он так меня раздражал. У него было все – и семья, и деньги, и положение, а он решил стать современным нигилистом. Все время скучал и думал о тщетности бытия. При этом даже целоваться нормально не умел. Пришлось всему его учить. Зато он был так в меня влюблен, что поверил в мой спектакль и отдал за меня свою жизнь.

Матвей дергается всем телом. Роза падает с его колен на пол и хохочет еще звонче. Габриэль помогает ей подняться и заботливо отряхивает платье. Я смотрю на Матвея, и моя душа разрывается от боли. Ему плохо – в глазах стекло слез, жилы на шее натянуты, словно струны, на лице – маска горя.

«Пожалуйста, держись!» – мысленно кричу ему я и снова молю:

– Пожалуйста, отпустите Матвея. Я отвечу за все свои грехи. Только его отпустите. Габриэль… Валентин! Пожалуйста! Я сделаю все что захочешь!

Я действительно готова на это.

– Ты и так сделаешь все, что мы захотим, сестренка, – пожимает плечами Роза, а Габриэль скорбно качает головой.

– Пожалуйста, пожалуйста, – прошу я в истерике. – Пожалуйста!

– Спасший убийцу должен быть наказан, Лилия.