Поклонник

 – Люди думают, будто бы у ада есть свои врата. Но мало кто подозревает, что этих врат великое множество – в каждой купюре. В деньгах. Твой отец умер из-за них. А мать, поняв это, никогда больше не показывала носа. Жила себе тихонечко, пытаясь забыть обо всем. Они все пытались забыть! Только я помнил.

Тетка меня обожала – считала родным племянником. И решила, что мы должны непременно жить в Европе. Она неплохо разбиралась в искусстве единственный ее неоспоримый плюс – и приучала меня к прекрасному. В какой-то момент я даже решил, что жить с ней гораздо лучше, чем с другими взрослыми, и попытался назвать мамой – за это получил пощечину. Она приказала называть себя только по имени и хотела сделать из меня настоящего художника. Известного. Чтобы говорить всем, что это она создала меня. Как будто бы она имела отношение к моему таланту. – Голос Габриэля исказился, стал металлическим. – Я должен был во всем ее слушаться, как покорная собачонка. Делать все, что она велит, писать такие картины, которые она хочет видеть. Если я не слушался ее – меня били. И со временем я научился быть таким, каким она хотела меня видеть. Ее ручным гением, которым можно было хвастаться. В конце концов она составила на меня завещание. Правда, когда узнала, что я позабавился с одной распутной девкой, хотела переписать его. Но не успела – умерла. Ее внезапно накрыл сердечный приступ, прямо в ванной комнате. Признаюсь, я ей помог – подсыпал кое-что в еду. Не хотел лишаться наследства. В тот солнечный день – мы были в Италии – она хрипела, молила о помощи. А я стоял напротив, засунув руки в карманы, и улыбался, наблюдая за тем, как она уходит. Мне было так хорошо… Казалось, на меня снизошел свет, и я тонул в нем, испытывая неземное блаженство.

Тетка знала, что это месть, и знала, что попадет в ад. «Доброго пути, счастливо добраться до преисподней», – сказал ей я и ушел. Разумеется, меня никто не заподозрил – я вызвал скорую и плакал, словно безумный. Кроме того, все были уверены, что тетка умерла от сердца. Не стоило так злоупотреблять вином.

С тех пор я делаю все что хочу, не нуждаясь в деньгах, – их у меня столько, что хватит на несколько жизней. Я учился живописи у лучших мастеров, путешествовал, познавал этот мир. Но мне было скучно, и вскоре меня покинуло вдохновение. К тому же иногда ночью я просыпался от странного желания. Желания повторить и увидеть. Повторить убийство и увидеть смерть. Долгое время я не решался, но однажды выбрался на охоту и позабавился с какой-то уличной девкой. Ее смерть стала моим вдохновением. Я рисовал несколько дней без сна и отдыха, пока не упал без сил. И с тех пор я стал позволять себе эту забаву. Редко, очень редко – мне не хотелось быть пойманным. Попытался снова перейти на собак – но это было совсем не то.