Поклонник

– А так ты определить не можешь? – спрашиваю я с усмешкой.

– Я тебе что, рентген? – вдруг взрывается он.

Меня это пугает. Я вздрагиваю, отхожу от него на несколько шагов и слышу, как он тяжело вздыхает.

– Больно? – он хочет коснуться моей щеки, по которой меня ударили. Его голос все еще сердитый, но уже не такой громкий.

– Нет.

– Лжешь. Они сильно тебя испугали? Сильно, сам себе отвечает Матвей. – Хорошо, что я там оказался. А ты не будь дурой, не ходи в темноте одна. Лед есть?

– Есть.

– Надо приложить.

– Не надо, – отвечаю я. – Мне не так уж и больно. Это просто ушиб. Они не успели сделать ничего… ничего плохого.

«Потому что меня спас ты». Матвей трет ладонями лицо. Камни на его волчьем кольце ярко сверкают.

– Не так я представлял нашу первую встречу, говорит он с досадой.

– А как ты ее представлял? – тихо спрашиваю я.

– Иначе. Совсем иначе. – В его голосе чувствуется холод.

– С цветами и лимузином?

– Фанфарами и красной ковровой дорожкой.

Я иду в ванную, мою руки, лицо, чувствуя на себе его взгляд. Потом направляюсь в гостиную. Он молча ходит за мною следом, как верный пес. И садится на диван рядом со мной, хотя я не очень этого хочу. Господи, какой же он странный. Но страха перед ним все так же нет. Есть чувство притяжения – если бы я не контролировала себя, то просто прижалась бы к Матвею и не отпускала. И еще есть немного раздражения и обиды.

Мои пальцы крепко сжаты и лежат на коленях. Вместо тревожных колокольчиков в голове туман. Мне нужно выгнать этого человека, нужно забаррикадироваться в своей квартире, нужно обратиться в полицию… Нужно, но вместо этого я разрешаю ему быть рядом со мной.

И вдыхаю его северное море. Его холод нежит горящую от удара щеку.

– Не понимаю, – говорю я.

– Неудивительно, – откинувшись на подушку, соглашается Матвей. – Понимание не самая твоя сильная черта.

– Не понимаю, что происходит! – повышаю я голос. – Ты следишь за мной.

– Да, – с удовольствием подтверждает он.

– Ты посылал мне цветы.

– Да.

– Ты увез меня из клуба.

– Да.

– Ты бывал у меня дома.

– О, да. Надо сказать, хоть ты и кажешься хрупкой, нести тебя на третий этаж было тяжеловато. Кстати, не пей больше. Не люблю пьяных девушек. Договорились?

Я поворачиваюсь к нему. Внутри все крошится от возмущения, как мел в пальцах.

– Что тебе надо?

Сейчас я похожа на хрупкий лед. Ткни в такой лед палкой, и тотчас пойдут трещины.

Поклонник запрокидывает голову назад и смеется. В его смехе я слышу морской прибой. Этот человек отталкивает меня и притягивает одновременно, и это похоже на сумасшествие.

– А ты догадайся.

В голосе Матвея снова издевка.

– Скажи сам, – требую я.

Если он маньяк, то крайне странный. Мне нравятся психи?

– Поиграем в холодно-горячо? – со смешком интересуется Матвей.