Влюблен и очень опасен

Но это уже ничего не изменит.

– Не изменит.

Она думала об одном, а он – совершенно о другом. Если бы она только знала, о чем именно...

Настя ушла, но в одиночестве Марк оставался не долго. Вечером в дом вломился Бугарь и дыхнул на него гремучим презрением.

– Твое счастье, что я Насте обещал тебя не трогать, – скривился он.

Марк многозначительно глянул на «узи», свисающий с его плеча.

– Ты меня не тронешь, ты меня просто застрелишь.

– Надо будет, и застрелю. Ты еще не знаешь, сынок, в какую историю вляпался.

– Ничего, папаша, как-нибудь выкрутимся.

– Твой папаша – хозяин параши! – сострил Бугарь.

– Не смешно. И никто не смеется, – ухмыльнулся Марк..

– Хочешь, ты будешь смеяться? – Вася скинул с плеча пистолет-пулемет, передернул затвор. – Давай, вспомни молодость! Помнишь, как мы били тебя, а ты радовался! Ну, давай!

– Если бы ты пришел меня убить, ты бы уже это сделал, – стараясь сохранить спокойствие, сказал Марк. – Но у тебя нет такой задачи и полномочий. А дом просматривается, и за тобой наблюдают. Не думаю, что Кирилл Дмитриевич нанимал тебя в качестве клоуна.

– Умеешь ты выкручиваться, чушок, – оглянувшись по сторонам, презрительно ухмыльнулся Бугарь. – Но это тебе не поможет. Настя моя, понял!

– Ты зачем пришел?"

"– Кирилл Дмитриевич боксом решил заняться. Груша ему боксерская требуется. Не хочешь помочь?

– Я уже не Груша, а Грушин, так что извини.

– Пусть он тебя извиняет, если захочет. Ну, чего сидишь? Пошли!

Бугарь повел стволом «узи», требуя, чтобы Марк поднялся. Неужели началось?

3

Радость пьянила сознание и без коньяка, но выпивка еще и окрыляла. Нет больше Южака, в гробу он, в белых тапочках. И теперь у города будет единственный хозяин. Ну как не напиться по такому случаю?

– Я же говорил, там спецы конкретные. И выследили гада, и бабу ему подсунули, – рассказывал Тимур. – В сауне он парился, температура в парилке типа высокая, ну сердце и не выдержало. Девочки там были, все такое, ну, она ему валидолу в бухло и плеснула. Такой вот валидол наоборот. Специальный яд, из спецтайников. Не зря столько денег отвалили.

– Женщины до добра не доводят, – развалившись в кресле, вальяжно улыбался Каховцев. – Особенно в сауне.

Ирония момента заключалась в том, что он сейчас и сам находился в сауне. Она занимала добрую половину цокольного этажа и была оборудована по последнему слову банной техники. Здесь даже был отдельный вход, чтобы можно было организовать банщиц – красивых, чтобы дух захватывало, и грудастых, чтобы спинку было чем потереть.

– Вот именно поэтому баб здесь нет.

Но именно этого сейчас ему и хотелось. Однако у него жена, она где-то рядом, вдруг узнает.