Жена на два дня

– Ты посмотри на нее, какая самостоятельная, – смерил он ее строгим взглядом. – Никуда ты не пойдешь! Тебе было мало приключений на задницу? Я отвечаю за твою безопасность. Сама просила у меня помощи, а теперь хочешь уйти непонятно куда?

– Очень даже понятно куда – к себе домой! И там вполне безопасно, ты сам установил мне бронированную дверь и сигнализацию.

– Это твой дом, – отчеканил Давид строго. – А не какая-то там однушка у черта на рогах. Я не позволю, чтобы ты непонятно где шлялась на ночь глядя.

– Сейчас восемь вечера, – тихонько уточнила Яна. – На улице еще даже не стемнело.

– На ночь глядя! – ничуть не смягчился он. – Ты моя жена, и твое место рядом со мной. Точка.

Яна так и замерла на месте, хлопая ресницами. Смотрела в грозное лицо Давида и не понимала: он действительно так считает или прикалывается?

Она потопталась на месте, соображая, как бы деликатнее ответить. Однако деликатно все равно не вышло:

– Попей таблеток для улучшения памяти, милый! Мы больше не женаты! Ты сам со мной развелся… И ладно бы просто развелся, по-человечески…

– А можно развестись по-звериному? – прогудел Охикян.

– Можно! Так, как ты это сделал, – очень даже по-звериному! Украл мой паспорт, свидетельство о браке, все делал втихаря, а теперь я тебе снова жена? Офонареть просто!

Давид сложил руки на груди, смерил Яну тяжелым взглядом.

– Тебя это так обидело? Я заглажу вину! – заявил он уверенно. – Но лично для меня никакие бумажки не имеют значения. Ты в моем сердце жена, а это поважнее всяких там свидетельств о браке.

Последнее он сказал очень выразительно, а потом вдруг разомкнул руки, постучал ладонью по груди в районе сердца. И повторил для верности:

– Вот ты у меня где.

"Яна снова собралась поспорить, но тут заметила, как из-за дома вышли двое крепких парней в черной униформе. Подметила, что у каждого было по наушнику. «Рации», – тут же сообразила она. Еще заметила кобуры с оружием у них на поясе. Мужчины обошли Давида с Яной, демонстративно встали возле ворот и замерли.

Похоже, новая охрана. Это что же? Это ее не пустят на улицу, что ли?

– Ты совсем рехнулся? Я домой хочу! – взвизгнула она.

– Ты мать моего ребенка, – процедил Давид, явно теряя терпение. – И ты останешься под крышей этого дома, где о тебе позаботятся.

В этот момент Яне очень захотелось стащить с ноги кроссовок и надавать им Охикяну по мордасам. А она еще думала – хорошо, что узнал про ребенка, станет отличным папкой. Вот оно ее «хорошо», потихоньку начинало выходить боком. Похоже, у будущего папки на фоне заботы о потомстве напрочь снесло крышу.

– Яночка, успокойся, пожалуйста, – начал Давид примирительным тоном. – Пойми, я действую в твоих интересах. Здесь ты ни в чем не будешь знать отказа, о тебе позаботятся.