Жена на два дня

Да, без своих дуболомов из «юридического» он выглядел далеко не так опасно, но все же внушал Яне неподдельный ужас.

Скандалить резко расхотелось. Может, потом. А пока Яна с большим удовольствием просто сбежала бы отсюда.

Что этот тип делал здесь? Да еще и с Давидом!

Вполне возможно, он в эту самую минуту плел Давиду какую-нибудь чушь про нее. Например, что она давно работала в «Малиннике», обслужила пол-Москвы, или еще что. А Охикян вдруг возьмет и поверит… С него станется! Поверил же в то, что она ему изменила на второй день после свадьбы.

Вон как они мирно беседовали, на нее поглядывали.

Будто друзья-приятели. Нехороший знак! Почему они так мирно болтали? И что Давид с ней сделает, если поверит наговорам этого менеджера из «Малинника»?

Пока телохранитель вел Яну к ним, у нее от нехватки воздуха начало колоть легкие, а вдохнуть полной грудью она не могла. Несчастные двадцать метров, которые их разделали, показались ей неимоверно огромным расстоянием. И ох как же сильно ей не хотелось его преодолевать.

– Привет, милая, – проговорил Давид с хищным выражением лица. – Ты ведь знакома с Евгением Марковым?

– Он мне не представился, – тихо ответила Яна.

– Но я знаю этого человека.

– О, я прошу прощения, что не представился… – начал он.

И тут Давид резко его перебил:

– Извиняться будешь не за это…

Извиняться? Ее привели сюда, чтобы она выслушала извинения?

Облегчение накрыло ее с головой. И в то же время она сразу напряглась, заметив, что спокойствие Давида напускное. Бывший муж был в бешенстве. Еле сдерживался, на самом деле. Уж она научилась определять, когда он в таком состоянии. Лицо кирпичом, зато собранный, тело напряженное. Тронь – и почувствуешь стальные мышцы.

Он зол! Страшно зол…

Похоже, его настроение было очевидно не только для Яны, потому что белобрысый тут же зачастил, обращаясь к ней:

– Я извинюсь. Конечно! Это даже не обсуждается. Госпожа Охикян, я молю вас простить меня за то, что явился к вам со столь безрассудным предложением. Конечно же, клуб «Малинник» более никогда не побеспокоит вас! Ни я, ни кто-то из моих коллег никогда больше не станем вам как-либо угрожать…

– На колени становись, – процедил Давид, сложив руки на груди.

– На колени? – Глаза менеджера «Малинника» увеличились в размерах.

Давид кивнул, глядя на белобрысого типа с такой нескрываемой злостью, что даже Яне стало плохо.

– На колени так на колени… – тут же ответил он.

И вправду опустился прямо на грязный пол, снова принялся извиняться. При этом чем дольше извинялся, тем больше отчаяния слышалось в его голосе."

"Яна не знала куда деться. По идее, ей должно было стать приятно от того, что этот тип ползал перед ней на коленях и извинялся. Но ничего, кроме гадливости и липкого ужаса, она не испытывала.