Жена на два дня

Давид вдруг прищурился, строго посмотрел на сестру и процедил:

– Если ты не заметила, в этом доме с недавних пор появилась новая хозяйка.

После его слов Яна аж поперхнулась. Это он про нее? Ей верховодить этим дворцом? Пффф, да Гаяне не позволит ей и мяукнуть, не то что слугами управлять. Вон какой грозный взгляд бросила в ее сторону.

Впрочем, оно Яне и не надо – становиться хозяйкой дома мужчины, с которым она не видит будущего. Хотя, надо признать, на какую-то секунду ей стало приятно – Давид впервые назвал ее хозяйкой своего дома.

Глава 60. Один мертвый певец

Яна не оставалась за ужином допоздна.

Поев, сослалась на усталость и поспешила к себе. Давид удержал ее, взял нежно за руку, поцеловал пальцы. Проговорил удивительно мягким, даже бархатным тоном:

– Спокойной ночи, милая.

У Яны от звука его голоса в груди сладко заныло, хотя она и постаралась не подать вида. Она кивнула бывшему мужу и пошла к себе. А пальцы еще долго грело воспоминание о прикосновении его теплых губ."

"И ведь не хотела этого поцелуя! Ни этого, ни того, что был днем. Не собиралась смягчаться, тем более прощать Давида. То, как он с ней обращался раньше, – непростительно.

После такого он не заслужил ровным счетом никакого доверия. Однако злиться на него после всего, что произошло сегодня, было крайне сложно. Мало того что он устроил ее на работу, но еще и вел себя с ней очень ласково, обходительно. Даже пришел подбодрить в ее первый день съемок. Назвал хозяйкой собственного дома… Будто ему и вправду вдруг стало важно, что она чувствовала.

Яна решила немного отвлечься от мыслей о бывшем муже, занялась тем, чему в последние дни уделяла массу времени, – продолжила поиски Филлинга.

После того как этот гад поиздевался над ней в отеле, он сделал себе пластику лица и продолжил кривляться на сцене под личиной пародиста. Однако пародист пропал с радаров примерно в то время, когда Давид его нашел, хотя у него больше не было поводов прятаться. Совсем пропал! Ни единого концерта больше не дал… А ведь ему теперь незачем было скрываться.

Яна не стремилась найти местонахождение певца, так ее оболгавшего, ей это было не нужно. Она просто хотела отыскать хоть какое-то доказательство того, что этот гад жив. Искала упоминания о его новых концертах под настоящим именем или псевдонимом, которым он пользовался последние месяцы.

Хотелось верить, что Давид не обошелся с ним слишком жестоко, а значит – не такой уж он жестокий человек, каким его рисовало воображение Яны.

Ей хотелось хоть каких-то доказательств, что бывший муж способен на прощение, сострадание. Хоть чего-то, за что можно было бы зацепиться и снова начать ему верить.

До брака с Давидом Яна воспринимала его как доброго, отзывчивого человека, чуткого в конце концов.