Выгодный риск

Вроде не кричит, ногами не топает, а страх пробирает. Настоящим преступникам, должно быть, приходится несладко. Тетушка обменялась с Агатой отчаянными взглядами: дескать, бежим или сдаемся? Агата была в растерянности. Секундная заминка решила дело. Порыв тетушки улетучился.

– Что за тон, мой милый, что ты себе позволяешь! – Она еще пыталась бороться. Хоть и без надежды.

– Задан вопрос: куда собрались?

Такого обращения Агата Кристафоровна не стерпела бы и от генерал-губернатора Москвы. Она выдернула руку.

– Смени тон, мой милый Пи… Мы захотели прогуляться… По бульвару… посмотреть, как народ празднует Масленицу…

– Тетя, вынужден повторить: врать вы не умеете, – Пушкин отпустил локоть Агаты. – К вам тот же вопрос, мадемуазель Керн…

– Хотим спасти Матвея, – ответила она без хитрости. За что получила от тетушки гневный взгляд. – Мы с Агатой Кристафоровной думаем, что ему угрожает опасность… Смертельная опасность…

– Доволен? Позволишь нам спасти ребенка или вызовешь городовых? – Тетушка рассердилась не на шутку.

– О Матвее можно не волноваться, – ответил он. – Его заберет родная тетка, матушка Евгения. Думаю, мальчик уже у нее…

Не умела Агата Кристафоровна не только врать, но и проигрывать. Сорвав в злости перчатки, бросила в снег. Так рассердилась.

– Поздравляю, мой милый! И здесь обскакал…

Наклонившись, Пушкин поднял перчатки и протянул хозяйке.

– Тетя, вы блестяще разобрали этот ребус…

Похвала для женщины, как живительная влага для цветка.

– Так ты признаешь, что мы с Агатой нашли верное решение? – спросила тетушка почти миролюбиво, забирая у него перчатки.

– Признаю. Только дело сложнее, чем вы думаете. Чтобы закончить его, прошу вашей помощи, Агата… Хотя не имею на это право. Как чиновник сыска…

Агата не верила своим ушам: без нее Пушкин не сможет раскрыть дело. Звучало… ну как музыка небесных сфер. Она смекнула, что этот бесчувственный, холодный, наглый, милый человек, который спас ей жизнь, оказался в ее руках. Таким редким шансом надо воспользоваться.

– Я не против помочь вам, – сказала Агата немного капризно. – Но при одном условии: скажите правду о Валерии… Она убивала тех несчастных мужчин в Ницце?

– Вероятность больше пятидесяти одного процента, – ответил Пушкин.

За что немедленно получил шлепок по плечу от тетушки.

– Оставь свои проценты для полиции! – заявили ему. – С дамами так не разговаривают.

– Ничего, я привыкла, Агата Кристафоровна, – мадемуазель Керн была сама покорность. – Но не могла же Валерия убить собственную мать?

– Не могла, – согласился Пушкин, ожидая очередного шлепка. Тетушка пожалела ладошку.

– Тогда кто же убил Полину Андреевну Алабьеву? – не отставала Агата.

– Ответ будет после поимки убийцы.

– Хорошо, пусть так.