Вынос дела

Сама она дура! Ну представьте себе больную собачку, гуляющую с клизмой на лапе!

Обрадованная Леночка быстро запихнула многоцветные прямоугольнички в объемистую сумочку и поинтересовалась:

– Кофе будешь?

– Небось растворимый…

– Тогда чай?

Согласившись на слегка отдающий лекарством «Тэтли», я ткнула пальцем в дверь Дегтярева и спросила:

– Где?

– Завтра явится, – усмехнулась Ленка, – так что выкладывай свое дело поскорей.

– С чего это ты решила, что у меня какое-то дело…

– Ой, – засмеялась Лена, – а то тебя не знаю, давай по-быстрому.

– Козлов Федор Сергеевич, 1949 года рождения, был прописан, правда давно, по проспекту Маршала Захарова. За что сидел и где сейчас находится?

Лена кивнула и принялась накручивать диск местного телефона. Слушая, как она щебечет с заведующей адресным бюро, я меланхолично прихлебывала отвратительный чай. Нет, все-таки правильно, что никогда не покупаю пакетики, в них производители засовывают всякую дрянь, лишь отдаленно напоминающую благородный чайный лист.

Ленка набирала все новые и новые номера, я, скучая, листала валяющиеся на столике старые, растрепанные газеты – «Криминальная хроника», «Петровка, 38». Изредка дверь приемной приоткрывалась, всовывалась голова и осведомлялась:

– Где?

Ленка махала рукой, и сотрудники пропадали. Потом влетела худая до невозможности девчонка и заорала:

– Творог привезли!

Ленка, не отпуская трубку, сунула ей кошелек:

– Два кило возьми!

Девица улетела. Ленка опустила трубку и удовлетворенно пробормотала:

– Сейчас все будет отлично. Кстати, тебе творог не нужен? Нам из Рязанской области доставляют. Свежий, жирный и никогда не обманывают с весом.

Я ухмыльнулась. Ну не сошли же торговцы совсем с ума, чтобы дурить представителей закона!

Давным-давно напротив архитектурного института располагалась пирожковая. Одно из немногих в семидесятых годах мест общественного питания, где кормили вкусно, как у бабушки. Впрочем, не всякая старушка способна испечь такие пирожки – пышные, сочащиеся маслом. Тесто просто таяло во рту, а его нежно-сливочный цвет без слов говорил о том, что повара не пожалели для него свежих куриных яиц.

А начинка! Мяса туда клали под завязку. Причем пироги с ливером стоили в два раза дешевле мясных и на самом деле таили внутри себя говяжью печень. Еще на подносах высились груды расстегаев, кулебяк и всякого такого… В придачу подавали в больших чашках крепкий бульон, мясной, куриный или рыбный. Словом, на пятьдесят копеек можно было наесться на два дня, да еще прихватить выпечку домой. Приезжие удивлялись, поглощая яства, москвичи тихо ухмылялись.