За все спрошу жестоко

Слишком уж он осторожный и продуманный, чтобы лезть на пулеметы, взрывать вражескую оборону, захватывать высоты. Потому волынская бригада так и осталась бесплатным придатком люберецкой братвы. А ведь у него под рукой действительно стоящие пацаны. Настоящие львы. Только верховодит ими баран.

– А как они делаются? Отказываются от стрелки с Нахрапом? Так дела делаются?.. А за Пупа ты почему не подписался? Почему это Нахрапу с рук сошло?

– Ну, это же солнцевские! Я не мог рисковать своими людьми!

– Не мог? А что ты вообще за три года смог? Что у тебя есть? Кооператив?!

– А что, этого мало?

– Много. Если развиваться. А у тебя где развитие? Где новые цеха?

– Нам и этого хватает, – нахмурился Кит.

Определенно, он не чувствовал за собой никакой вины. Даже пацаны смотрели на него с осуждением, а ему хоть бы хны.

– А водка где? Почему ты этим не занимаешься?

– Занимались, потом закрылись. Опасно это. Да и невыгодно уже... Не надо на меня давить, Сэм. Я все делаю как надо. Мы подвал этот выбили, спортзал открыли, людей заняли. И живем себе тихо-мирно. Все люди при делах... Если кому-то не нравится, я никого не держу...

– В том-то и дело, Кит, что ты никого не держишь. Сколько у нас бойцов было? Три десятка? Четыре? А осталось сколько? Хорошо, если дюжина наберется.

– Не дюжина, а четырнадцать.

– Этого, по-твоему, много?

– Достаточно.

– Ты, я слышал, дом себе построил?

– Допустим.

– Себя ты не обидел. А пацаны от тебя уходят. Потому что ничего от общего дела не имеют. А это общее дело, Кит!

– Все с общака имеют! – отрезал Кит. – И ты в первую очередь. Грев тебе на зону откуда шел, не знаешь?

Гладко стелил Кит, и не подкопаешься.

– Кооператив наш хорошо работал. И в общаке у нас хорошие деньги, – продолжал Кит. – А дом я себе своими руками построил. Никого не нанимал, сам кирпичи таскал... И не надо на меня тут наезжать!

– Не понял. Нахрапу на тебя наезжать можно, люберецким на тебя наезжать можно, балашихинским тоже можно...

– При чем здесь люберецкие? При чем здесь балашихинские? Мы никому ничего не платим.

– А помнишь точки, куда мы водку развозили? С одной стороны там люберецкие все подмяли, а с другой – балашихинские... И Нахрап у тебя Алекса отбил. А у него банк. У него торговый дом. У него миллионы.

– Алекс нам ничего не платил. Какой нам смысл был за него стоять?

– Мог бы его на бабки поставить.

– Поздно было, – вздохнул Кит. – Солнцевские нас уже обскакали...

– А до солнцевских нельзя было?

– Так это же не наша территория.

Семен обвел пацанов удивленным взглядом. Ну, куда ни ткни, все у Кита шито-крыто. Да и сами пацаны не дергаются, хотя понимают, что Кит завел их бригаду в тупик. Видимо, их устраивает такая спокойная сытая жизнь.