За все спрошу жестоко

Зато Семен получил «кружку пива» по почкам, когда его запихивали в «воронок».

– Какой пулемет?

– Не знаю. Может, «максим», может, «дегтярев»... Что там у вас было?

– У кого это «у вас»?

– Много вас там в цеху находилось.

– В каком цеху?

– Там, где вы водку поддельную производили.

– Что-то ты, начальник, путаешь. Какая водка? О чем ты?

– Ты, Купчинов, можешь дурака включать. Только из нас дураков не делай. Мы знаем, кто ты такой. Знаем, чем ты занимался... Не все ты вывез из цеха, Купчинов, кое-что осталось. Да и оперативная информация имеется. Но водкой пусть ОБХСС занимается – нас это, по большому счету, не волнует.

Но если ты будешь упираться, мы еще и ОБХСС подключим. И в шестое управление МВД сообщим, пусть вашей бандой занимаются...

– Какой бандой?

– Сам знаешь какой. У вас организованная преступная группировка, Купчинов. И хотя официально организованной преступности у нас еще нет, но шестое управление уже создано. И работает с этой самой организованной преступностью. Если ты попадешь в лапы к этим ребятам, они душу из тебя вытрясут. И всех твоих подельников на скамью подсудимых посадят... Короче, предлагаю тебе такой вариант: ты чистосердечно во всем сознаешься, показываешь, где спрятал пулемет, мы отправляем дело в прокуратуру, ты получаешь свои три года, и на этом все.

– Три года? Всего-то...

– А ты хочешь, чтобы тебя обвинили в создании незаконного вооруженного формирования? Ты хочешь, чтобы тебя объявили государственным преступником?.. Двадцать лет хочешь получить?

– Нет, – растерянно мотнул головой Семен.

– Мы ведь раскрутим твою банду, Купчинов. Если упрешься рогом, обязательно раскрутим. Всех посадим. И в этом будешь виноват ты.

Тебе это нужно?

– Нет."

"– Поэтому я предлагаю тебе сделку. Ты берешь все на себя, а мы оставляем твою банду в покое. И про водку, которую ты делал, тоже забываем... Пойдешь по двести шестой статье: хулиганство с применением огнестрельного оружия. От трех до восьми лет.

– Ничего себе!

– Чистосердечное признание и чистосердечное раскаяние смягчат наказание. К тому же ты был один, а это также смягчающий фактор. Или ты не один был?

Семен пропустил вопрос мимо ушей.

– А незаконное хранение оружия? – спросил он. – Это сколько?

– В твоем случае также от трех до восьми.

– А в целом от шести до шестнадцати?

– Да нет, так наказания не назначаются. За что-то одно дают срок.

– Не верю.

– Твое право. Знаешь, стишок такой есть. Мальчик в овраге нашел пулемет, больше в деревне никто не живет...

– Так я правда пулемет нашел, – принял подсказку Семен. – Гулял по металлобазе, смотрю, здание какое-то; захожу, а там пулемет на чердаке. Ну, я нажал на спуск, а он давай стрелять... Смотрю, машина взорвалась...

– Пусть будет так, – кивнул Каримов. – Я не против.