Закон Северо-Запада

– Так ты ж вроде не боишься смерти, – подколол Ион."

"Это хорошо. Когда народ пытается ехидничать перед штурмом, значит, у него голова работает, а не удаль молодецкая на тему «ща мы их шапками закидаем или поляжем все во славу Великого Механика»…

– Но и не тороплю ее, я ж тебе говорил, – зевнул я. – Потому предложение будет. Чем на ночь глядя переть на пулеметы, лучше выспаться как следует. Утро вечера мудренее.

И, повернувшись к заградотряду, заорал:

– Слышь, мужики, вы как хотите, а у нас отбой. Я там у вас в машине пледы видел и котелки. Думаю, это для нас.

– Угадал, – донеслось мрачное со стороны автоматчиков после непродолжительной паузы. – Трое ко мне, остальные на месте. Эй, нео, куда прешь? Стой на месте. Три осма сюда, бегом!

– Ишь, суки потрошеные, хотели припас зажилить, – охнул Шерстяной. – А нео-то побаиваются, твари! Ну, ты молодец, Снайпер! Хоть пожрем нормально перед смертью.

Я не стал пересказывать мутанту прописные истины, мол, воевать лучше на голодный желудок во избежание перитонита от пули, попавшей в живот. А еще лучше в тот желудок соточку спирта опрокинуть перед атакой, как наши деды делали. И не для того, чтоб поддатыми воевать – в бою адреналин алкогольные пары по-любому заглушит, – а все для той же дезинфекции внутренних органов в случае ранения брюшной полости. Но в нашем случае неактуальна была такая перестраховка. Раненому смертнику по-любому до перитонита не дожить – заградотряд позаботится. Или таинственные маркитанты, укрывшиеся за стенами…

Короче, три осма из нашего отряда в пять заходов принесли ворох пончо, воду и провиант. На штурме больше никто не настаивал. Нео сноровисто развели пару костров при помощи обычных палочек и деревянных плашек – я впервые увидел, как добывают огонь трением деревяшек между ладонями. Нехитрый ужин состоял из тех же кусков вяленого мяса, твердых как подошва, и нескольких глотков воды из мятых котелков. Потом все разобрали пончо и завалились спать, норовя расположиться поближе к огню, – все-таки сон фактически на голой земле удовольствие еще то даже для мохнатых нео, не говоря уж об остальных…

* * *Ион, немного задетый моим отказом принять его веру, отвернулся и почти немедленно задышал ровно и глубоко. Вот она, молодость, ничто ее не берет. А вообще-то парень молоток, принципиальный. Против отца на смерть пошел, за идею. Сильный ход. Но не очень разумный. Справедливость все-таки надо насаждать будучи в живых, мертвым она ни к чему.

Между тем ночь понемногу вступила в свои права. Крепость, резко выделяющаяся зубцами башен на фоне закатного неба, понемногу растворилась во мраке вместе с остальным пейзажем. Со стороны заградотряда ударил сноп света – кто-то из бдительных сторожей врубил подсветку лежки подопечных.