Закон Северо-Запада

 – Но на первое время без этого, похоже, не обойтись. Теперь вопрос второй. Кто пойдет на северо-запад.

– Я, – сказала Рут, убрав мою ладонь с мордочки. И уточнила: – С тобой.

Я покачал головой.

– Ты останешься здесь, с Фыфом.

– А м-меня не берете, что ль?

Единственный глаз мутанта округлился от возмущения.

– Кто кормовыми управлять будет, если руконоги или нео на стены полезут? – сказал я. – Придется тебе остаться стеречь клад. И ты, Рут, ему в этом поможешь.

– Бросаешь меня, да? – тихо спросила нео. – Ты меня не любишь потому, что я не такая, как женщины твоего племени?

Я не ответил.

– Ну я, понятно, пойду, – пожал плечами Данила. – Это вообще не обсуждается.

– И ты останешься, – сказал я. – И Настя. Фыф не железный, ему спать тоже надо. И кто тогда будет стены охранять? Короче, друзья мои, сидите здесь и берегите золото. Оно сейчас, можно сказать, залог нашего успеха. Крепость захватили вы, клад нашли вы, дайте уж и мне внести свою долю в общий котел. Да и потом мне не привыкать одному шататься по зараженным территориям.

– Ну ты и речь толкнул, – пьяно тряхнул глазными отростками Фыф. – Тебе б не по паукам из пушки стрелять, а к-книжки писать.

– Уже, – хмыкнул я. – Аж четыре тома мемуаров. Глядишь, на северо-запад схожу – и пятый появится.

– Ты только возвращайся быстрее, писатель, – вполне серьезно сказала Настя. – А то мы тут озвереем сидеть на этих стенах.

– Постараюсь, – сказал я.

* * *Но, поскольку устал я как собака, да и дело шло к вечеру, мой поход как-то сам собой отложился на завтра. Перед отбоем мы быстренько распределили обязанности. Несколько протрезвевший Фыф заруливал кормовыми. Выпустил из камер резерв живого мяса и заставил толпу сумоистов собирать трупы руконогов. Оказывается, это был деликатес, причем не только для кормовых.

– Чистый белок! – сообщил мне шам, чавкая чем-то подозрительно желтым. – Попробуешь?

Я отказался. В свое время нас учили есть гусениц и членистоногих по программе выживания, но все-таки я всегда предпочитал насекомым сухпай, а сухпаю – хорошую отбивную.

Данила отмывал кольчугу и штаны в бочке с водой. Настя, горюя об отсутствии патронов к АК, точила палаш. Рут же сбегала куда-то с трофейным копьем руконога и минут через пять приволокла тушку неопознанной щекастой твари величиной с большую собаку.

– Хоммут, – сказала она. – Можно есть.

И принялась сноровисто сдирать с твари шкуру.

Я выразил сомнения по поводу питательных качеств подозрительного мутанта, но Данила заверил меня, что это просто сильно разожравшийся хомяк. Живет в глубоких норах, из которых хрен его чем выковырнешь. Только нео умеют на них охотиться. Чуют, когда вонючий хомяк-мутант чешет подземным ходом по своим делам близко к поверхности, и бьют его копьем прямо сквозь землю.