Запретные воспоминания

 – Как догадались, что меня надо спасать?

– Ты вряд ли могла уйти, не предупредив, – ответил тот, и Влада вновь почувствовала острый укол радости от этого «ты». – Хотя бы сообщение отправила, в этом я был уверен. Так что ты была в больнице, это очевидно, и первое место, где тебя стоило искать, как раз здесь.

– Это понятно, а Михаил Евгеньевич, он тут как очутился?

– Вопросы у меня появились к этому вот вашему товарищу, – степенно сказал следователь. – Вы с Владимиром Николаевичем, конечно, дюже лихо расследования проводите, но и мы не лыком щи хлебаем, умеем кое-что. После того как стало очевидно, что убийство Нежинской уходит своими корнями в далекое прошлое и к нему имеют отношение дети Корнилова и Ветюкова, мы направили запросы, куда следует. Владимир Николаевич нам помог, сообщив, что среди пациентов и сотрудников больницы Ветюковых не значится. Но тут как раз ответ на запрос в архив ЗАГСа и пришел. В 2003 году, то есть через три года после разразившегося скандала с продажей военных самолетов, некто Павел Сергеевич Ветюков подал заявление на смену паспортных данных и взял фамилию жены, став Павлом Сергеевичем Беловым.

– А я-то голову ломала, откуда Паша знал, что у Нежинских были деньги! – воскликнула Влада. Губа больше не кровила, только щипало немножко. – А он, оказывается, на самом деле Ветюков.

– Да, Ветюков, – хрипло заговорил Павел. Ненависть по-прежнему горела в его взоре, вот только никто из присутствующих его не боялся, и Влада тоже. – Когда разразился газетный скандал, а потом Нежинский избавился от этого неугомонного борца за справедливость, Суриков который, отец дело замял, но это стоило ему места. Он вышел в отставку и уехал из города, а мы с матерью остались. Нежинский, старая сволочь, всех кинул, ни с Корниловым не поделился, ни с отцом. Сказал, что позже деньги отдаст, когда шум уляжется. Еще про проценты что-то твердил, мол, деньги, пока в банке лежат, только дорожают. Отец был согласен подождать, а я нет. Четыре с половиной миллиона долларов, да они мне ночами снились, я все пытался представить, как мы на эти деньги сможем жить, но близок был локоть, а не укусишь.

– И тогда вы решили за спиной отца отнять деньги у Нежинского силой? – спросил Зимин.

– Да, я договорился с двумя знакомыми, они плотно сидели на наркоте, им все равно было, что делать, и мы проникли к Нежинским в квартиру. Эта старая гнида ни за что бы не открыла дверь, он такой был осторожный, никому не доверял, у них квартира как крепость была. За семью замками. Но пока операция по продаже самолетов готовилась, наши семьи много общались, мама с Ираидой подружиться успела, та меня, разумеется, знала, поэтому мне они дверь открыли. Остальное уже было делом техники.