Запретные воспоминания

О том, что Тихомиров пытался избежать взятия пробы, она предпочла умолчать, однако, как оказалось, зря.

– Это вы имели в виду, когда говорили, что Громова и ее люди вставляют вам палки в колеса? – спросил Радецкий. – Олег Павлович, я тогда не дослушал вас, потому что стало известно об убийстве пациентки, а потом я закрутился и не уточнил. Но вы имели в виду именно проведение экспертизы?

Он говорил спокойно, не повышая голоса, но в его интонациях было что-то такое, отчего Влада внутренне содрогнулась. Ни за что на свете она не хотела бы сейчас оказаться на месте заместителя главврача по хозяйственной части."

"– Да, – сипло сказал тот. – Экспертиза отняла уже три дня, и контракт может оказаться под угрозой срыва. Я только это имел в виду, Владимир Николаевич.

– Контракт под угрозой срыва не из-за того, что «Мед-Систем» решил провести экспертизу, – голос Радецкого звучал почти ласково, и Владе стало еще страшнее.

Олегу, похоже, тоже, потому что теперь он был бледен практически до синевы. Глубокие тени залегли на висках и под глазами, Влада вдруг испугалась, что у Тихомирова сейчас случится сердечный приступ. В прошлый раз он так выглядел, когда сообщил ей о случившемся в больнице убийстве.

– Контракт под угрозой срыва из-за того, что вы, Олег Павлович, приняли некачественно выполненную работу, – Радецкому до страданий своего заместителя не было никакого дела. – И вопрос только в том, сделали вы это из-за преступной халатности или из-за преступного же сговора.

– Да бог с вами, Владимир Николаевич, – жалобно подал голос Тихомиров, – что вы такое говорите.

– Я, Олег Павлович, неверующий. Поэтому бога спрашивать не буду. Спрошу вас.

– Я не проверил, – выдавил из себя Тихомиров. – Как я мог на глаз отличить, какой именно бетон туда залит. Фирма-подрядчик возилась три дня. Потом ушли, закрыв помещение, чтобы все застыло. Потом вернулись. Там цена всего вопроса триста пятьдесят тысяч была, ну что я, совсем ненормальный, крохи отщипывать.

– Откуда я знаю, насколько вы нормальный, я не психиатр. Должность у вас хлебная, а курочка, как известно, по зернышку клюет. Нет?

Тихомиров не успел ответить, потому что Влада сочла своим долгом вмешаться. Олега ей было отчего-то жалко. «Жалко у пчелки в попке», – вспомнила она.

– Владимир Николаевич, сейчас важно не это, – мягко сказала она, внутренне ежась. Он был очевидно зол, и попадать под каток не хотелось. – Нужно принять решение, как мы действуем дальше.

– Хорошо, – внезапно согласился он. – Какие варианты?

Влада четко изложила какие.

– Олег Павлович, вы можете сегодня вызвать на объект представителя подрядчика и вручить ему претензию? Нам нужно, чтобы завтра он приступил к устранению своих ошибок, назовем это так, – спросил Радецкий.